Войска II галицкого корпуса смогли отстоять Бердычев, но попытки отбить Житомир закончились неудачей, главным образом из-за внутренних противоречий и несогласованности действий. Для реализации этого задания Начальная команда из отдельных частей I и II корпусов создала ударную группу под командованием полковника О. Микитки, который, однако, отказался сотрудничать с полковником А. Вольфом. Пока выяснялись причины недопонимания, большевики подтянули значительные резервы к Житомиру, поэтому операция УГА по его занятию стала нереальной[831].

Кроме того, положение УГА стало осложняться из-за обострения отношений с Добрармией: шаткий нейтралитет начал перерастать в открытые локальные столкновения между их отдельными частями. Об их характере, к примеру, свидетельствует захват деникинцами 9 сентября украинского бронепоезда «Черноморец» в Фастове. В свою очередь, 18 сентября артиллерийским огнем галицких пушек был остановлен деникинский отряд, пытавшийся занять Верховню. Участились случаи нападений на поезда и перестрелок на железных дорогах. Все это грозило перерастанием в широкомасштабные военные акции. Отмечая, что потенциальные противники таким образом «будто примерялись», автор «Дневника Начальной Команды Украинской Галицкой армии» так передает тогдашние переживания галицкого воинства: «Непримиримое положение добровольцев побудило нас бросить все силы против них. А. Деникин со своей армией перерастал постепенно… в нового важного врага Украины, которому в примирение мы можем протянуть только меч»[832].

Такие метаморфозы Гражданской войны были обусловлены исчезновением важного сдерживающего фактора. Во время пребывания Красной армии на территории размещения украинского и деникинского войск в случае приближения белых и галицких частей преимущественно прибегали к установлению демаркационной линии, а теперь, когда большевики исчезли с театра военных действий, Добровольческая армия и УГА оказались лицом к лицу на линии фронта.

В таких условиях Начальная команда с согласия штаба Главного атамана приняла решение об окончательном прекращении боевых действий против большевиков, направив главные силы УГА на антиденикинский фронт. В связи с этим произошло очередное сближение Галицкой и Надднепрянской армий, проявившееся в соответствующей передислокации их частей. Для лучшей координации действий с армией УНР I галицкий корпус перевели в Казатин, а III корпус – на линию Погребище – Липовец. Сечевые стрельцы должны были прикрывать их левое крыло от возможного удара Красной армии в районе Полонного и Шепетовки.