Монтекорвино построил в Пекине две церкви, причем одну на щедрые пожертвования итальянского коммерсанта Петруса ди Лукалонго, сопровождавшего его от Мелиапура (1305). За несколько лет он окрестил «больше десяти тысяч татар» и начал переводить Псалтырь на один из языков, распространенных среди его паствы. В частности, он обратил в католичество князя онгутов Кергюза, несторианина с рождения. Это обращение было особенно ценным. «Принц Георгий» мог очень эффективно защищать интересы миссионеров, поскольку занимал при дворе высокое положение, будучи зятем Тэмура. Юный сын Кергюза был окрещен под именем Шунган, то есть Иоанн, в честь Монтекорвино.

В 1307 г. папа Климент V назначил Монтекорвино архиепископом Камбалука. В 1313 г. в этот город, ныне Пекин, приехали трое францисканцев, которые должны были стать его помощниками: Андреа Перуджино, Жерар и Перегрино. Примерно в это же время папа отправил к монголам братьев Томаса, Жерома и Пьера из Флоренции. Жером был назначен епископом в Крыму (Газарии) с юрисдикцией, распространяющейся на Кипчакское ханство. Жерар стал епископом Зайтона (Цюаньчжоу в Фуцзяни), города, где одна богатая армянка приказала построить церковь. После его смерти должность епископа Зайтона перешла к Перегрино. Когда Перегрино умер в 1322 или 1323 г., его, в свою очередь, сменил Андреа Перуджино. Милости, которыми эти миссионеры пользовались у монгольского правительства, описаны в письме Андреа руководству его монастыря в Перудже, отправленного из Зайтона в январе 1326 г. Из него мы узнаём, что великий хан – в то время это был Есун-Тэмур – даровал ему пенсион, эквивалентный сотне золотых флоринов. Андреа добавляет, что построил возле Зайона монастырь на двадцать два монаха и что свое время он делит между своей церковью и отшельничеством в горах.

Самым знаменитым после Монтекорвино и Андреа Перуджино католическим миссионером в монгольском Китае был францисканец Одорико ди Порденоне (родился ок. 1265 г., умер в 1331 г.). Одорико сел на корабль в Венеции около 1314 г. (некоторые исследователи считают, что только в 1318 г.). Он сошел на землю в Трапезунде и сначала отправился в монгольское Персидское ханство. Он посетил Тебриз, торговое значение которого отметил; «этот город, – сообщает он нам, – приносит персидскому хану больше, чем французскому королю все его королевство». Также он отмечает присутствие многочисленных несторианских и армянских общин в Азербайджане. Он намеревался добраться до Индии через Восточный Иран, но, доехав до Йезда, повернул назад; мусульманский фанатизм в тех краях был слишком силен. Добавим, что в эти годы (1313–1315) Восточный Иран был ареной братоубийственной войны: персидский хан Олджейту воевал против Чагатаида – хана Туркестана Есен-буги, и против его племянника – Давуд-Ходжи, правителя Афганистана. Кроме того, пути сообщения между Восточным Ираном и Индией были затруднены из-за грабительских набегов, которые с 1305 по 1327 г. туркестанские монголы под командованием Чагатаидов, постоянно совершали на Пенджаб. Поэтому Одорико повернул на запад, добрался до Арабского Ирака и в Басре сел на корабль до Ормуза, откуда отплыл в Индию. Приблизительно в 1322 г., а возможно, в конце 1323 г. или в начале 1324 г. он прибыл в Тхану, возле Бомбея, и там собрал останки четверых францисканцев, незадолго до того (9–11 апреля 1321 г.) убитых мусульманами; он посетил Малабарское побережье, которое было в узком смысле землей специй, королевством перца, и собрал некоторые ценные сведения по этой теме, сильно интересовавшей торговлю в его время. Посетив Сан-Томе или Мелиапур, где, по слухам, был погребен апостол Фома и где проживала влиятельная христианская община, он указывает на деградацию этих древних несторианских общин, которые, живя преимущественно в окружении идолопоклонников, регрессировали почти до язычества. Точно так же Рубрук в Монголии рассказывал о несторианском духовенстве, боровшемся с шаманами на их территории и практически опустившемся на их уровень. Особенно чудовищны индуистские отклонения, кровавые аберрации, заставляющие фанатиков бросаться под колесницу с их идолом, что вызывает крик возмущения у нашего святого, как некогда у Сюаньцзана, буддистского паломника VII в. Затем Одорико побывал на Цейлоне, Яве и сделал остановку в Чампе, где сел на корабль до Китая.