Одна из жен Аргуна, Урук-хатун, кереитка по происхождению и племянница покойной Докуз-хатун, была несторианкой. В августе 1289 г. она окрестила одного из их сыновей, будущего хана Олджейту, под именем Николай в честь римского папы Николая IV. «Аргун, – пишет монах Хайтон, – любил и очень почитал христиан. Христианские церкви, разрушенные Текудером, он повелел восстановить». Действительно, из жизнеописания несторианского патриарха Мар Ябалахи нам известно, что тому в это время удалось восстановить многие древние святилища, в том числе церковь Мар Халиты в Мараге.
Посольство Раббана Саумы на Запад
Посольство Раббана Саумы на Запад
Желая возобновить войну против мамелюков, Аргун стал искать союза с христианским миром. Он предлагал предпринять вторжение в мусульманскую Сирию монгольской армии с одновременной высадкой крестоносцев в Сен-Жан-д’Акре или Дамиетте и последующий раздел Сирии: Алеппо и Дамаск монголам, Иерусалим – крестоносцам. С этой целью Аргун в 1285 г. отправил к папе Гонорию IV письмо, перевод которого на латинский язык сохранился в Ватикане и которое содержит конкретную программу. В этом знаменитом документе персидский хан, вспомнив Чингисхана, «предка всех татар», и упомянув великого хана Хубилая, императора Китая, своего двоюродного деда, сюзерена и союзника, напоминал об узах, связывавших династию Чингизидов с христианством: его мать – христианка; его дед Хулагу, его отец Абага – оба покровители христиан; наконец, великий хан Хубилай поручил ему освободить и принять под свое покровительство «землю христиан». Заканчивал он просьбой высадки крестоносного войска, в то время как сам он вторгнется в Сирию. «Коль скоро земля сарацин находится между вами и нами, мы окружим ее и раздавим… Мы прогоним сарацин с помощью Бога, Папы и Великого хана!»
В 1287 г. Аргун с той же целью направил на Запад новое посольство, которое поручил несторианскому прелату Раббану Сауме. Мы уже знакомы с невероятной одиссеей этого родившегося близ Пекина монаха, не то онгута, не то уйгура, который добрался из Китая до Персии. Раббан Саума отплыл по Черному морю, очевидно, из Трапезунда, и сошел на берег в Константинополе. Византийский император Андроник II (1282–1328) оказал представителю Аргуна наилучший прием, тем более что сельджукская Анатолия, граничившая с Византийской империей, находилась в зависимости от Персидского ханства. Помолившись в храме Святой Софии, Раббан Саума отплыл в Италию и прибыл в Неаполь, где стал свидетелем морской битвы между анжуйским и арагонским флотами, произошедшей в Неаполитанском заливе 23 июня 1287 г. Из Неаполя он отправился в Рим. К сожалению, папа Гонорий IV недавно умер, а его преемник еще не был избран. Раббана Сауму приняли присутствовавшие в Риме кардиналы. Он объяснил им важность монгольского христианства: «Знайте, что многие из наших отцов (несторианских миссионеров начиная с VII в.) пошли в земли турок, монголов и китайцев и просветили их. Сегодня многие монголы являются христианами; среди них имеются дети царей и цариц, которые были крещены и исповедуют Христа. В своих полевых лагерях они имеют церкви. Царь Аргун связан дружбой с монсеньором патриархом. Он имеет желание овладеть Сирией и просит вашей помощи для освобождения Иерусалима».