С испанцами сложнее. В первую очередь потому, что они не очень-то доверяют французам. И практически все с предубеждением относятся к Вильнёву. Командир 74-пушечного «Сан-Хуана Непомусено» Косме Чуррука, которого Перес-Реверте сделал одним из героев своего романа, открыто высказывает недовольство. Он указывает своему помощнику на «ошибку Вильнёва» и приговаривает – Estamos Perdidos! «Мы погибли!»

Чуррука погибнет, Люка – нет. Хотя в ближнем бою от настроения мало что зависит.

…Сближаются! Разрезать линию! Корабли, делающие это, сильно рискуют. Они могут вести огонь только из носовых орудий, проходя противника, получают залп из его бортовых, и не одного корабля. Нельсон без риска – это не Нельсон. Можно сколько угодно спорить о том, что Нельсон слишком уж полагался на неумение противника, но расчет оправдался, а значит, он правильный.

«Ройял Соверен» Коллингвуда новый, его подводная часть обшита медью, 100-пушечник, а быстрый, как фрегат. Своих он обогнал и примерно в 12 часов 20 минут рассек линию неприятеля. Почти двадцать минут, пока «Ройял Соверен» не обогнул гигантскую «Санта-Анну», Коллингвуд находился под мощнейшим обстрелом.

Нельсон – на полуюте, Паско в подзорную трубу наблюдает. «Снесло рей брам-стеньги». – «Чей рей? “Ройял Соверена?”» Паско отвечает: нет, неприятеля. «Молодец Коллингвуд!» Коллингвуд дает залп за залпом по «Санта-Анне». Щепкой у него сорвало пряжку на туфле, по ноге ударило больно, но ничего страшного, будет лишь слегка прихрамывать. Адмирал говорит капитану Ротерему: «Нельсон, наверное, хотел бы оказаться на нашем месте».

У Нельсона и на своем забот хватает. На пушечный выстрел к французской эскадре «Виктори» подошел чуть позже двенадцати, но обстрел одиночными ядрами так, ерунда. И ветер «Виктори» потерял… К флагману Вильнёва «Буцетавру» и «Сантисима-Тринидад» он приближается, имея не более полутора узлов, меньше трех километров в час, ходу.

Блэквуд, собирающийся отбыть на свой фрегат, предпринимает последнюю попытку. Может, его светлость тоже перейдет на фрегат? Так удобнее наблюдать за сражением. Нельсон отказывается. Он провожает одного из своих любимцев и вдруг говорит: «Благослови вас Господь, Блэквуд, но в этом мире нам больше не суждено свидеться». До рокового мушкетного выстрела остается совсем немного времени…