«Мичман, запишите».

Слава Богу, наконец-то голос Старика.

Крихбаум дотянулся до карандаша. Так скоро старая патрульная рутина докладов в штаб? Только Командир мог не отказать себе в литературных упражнениях в такое время.

«Перископное наблюдение выявило эсминец в дрейфе, истинный пеленг два-семь-ноль градусов, дистанция около шести тысяч метров — как поняли?»

«Все ясно, господин Командир».

«Луна все еще яркая — как поняли?»

«Ясно».

«Остаемся на глубине. Ну, понятно».

Прошло три или четыре минуты, затем Командир одеревенело спустился вниз. «Они думают, что поймают нас врасплох. Коварно, но недостаточно хитроумно. Каждый раз одно и то же. Стармех, опустить лодку на глубину шестьдесят метров. Мы немного отойдем и произведем перезарядку торпед в мире и тишине».

Его поведение говорило о том, что все снова хорошо. Я почти схватился за голову в диком восторге. «Мичман, добавьте еще: Отошли в сторону от эсминца на самом малом. Предполагаем, что эсминец потерял нас. В непосредственной близости никаких шумов винтов».

«Предполагаем» — это было сильно! Так что он не утверждал прямо…

Глаза Командира сузились. Он явно не закончил диктовать.

«Крихбаум!»

«Слушаю!»

«Еще одно: видно сильное зарево, истинный курс два-пять-ноль градусов. Предполагаем, что это судно, в которое мы попали». Он повернулся и отдал приказ на руль. «Изменить курс на два-пять-ноль».

Оглядев центральный пост, я не увидел ничего, кроме замкнутых лиц. У второго помощника исчезли ямочки на щеках. Номер первый уставился в пространство невидящим взором. Крихбаум склонился над штурманским столом и писал.

«Мы перезарядимся через тридцать минут», — сказал Командир, и обращаясь ко мне, добавил: «Было бы неплохо что-нибудь выпить».

Он не сделал никакого движения, чтобы покинуть центральный пост, так что я поспешил за яблочным соком. Когда я переступал через комингс переборки, каждый мускул отозвался болью. Прихрамывая мимо рубки гидрооператора, я заметил, что Германн все еще сосредоточенно вращает штурвал гидролокатора. Эта картина потеряла уже свой ужас.

Через полчаса Командир отдал приказ перезарядить торпедные аппараты.

Носовой отсек погрузился в кипучую деятельность. Мокрое снаряжение, свитеры, полотенца и масса других вещей лежали в куче возле переборки. Настил был поднят.