«Проклятие,» — раздраженно произнес Командир. «Мы должно быть не лежим носом на приливное течение. Нам надо попробовать повернуть лодку».

Вполуха я услышал, как продувают танки. Еще один удар заставил задрожать весь корпус. Затем послышалось гудение электродвигателей и команды на руль. Все казалось шло хорошо.

Неожиданно: «Шум гребных винтов на пеленге три-ноль-ноль, господин Командир. Шум усиливается». Голос гидроакустика звучал странно, как будто издалека.

Командир поднял брови, как актер, мимикой изображающий удивление. Он стоял посреди центрального поста и прислушивался. Стармех стоял позади него, наполовину скрытый его фигурой. Я тоже застыл на месте.

Теперь Командир судорожно сглотнул. Я четко видел, как сжалось его горло.

«Поршневые двигатели,» — доложил гидроакустик.

Командир присел на корточки в проходе снаружи будки гидроакустика и взял наушники. Он повернулся к нам своей округлой спиной.

«Дизели подводной лодки,» — прошептал он. «Будь я проклят, если не так».

Он вернул наушники. Хайнрих слушал еще минуту. За ним молча наблюдал Командир.

«Ну, что?»

«Дизели подводной лодки, господин Командир — определенно».

«Немецкие или британские, вот в чем вопрос… Очень хорошо. Номер Первый, держать наготове опознавательный сигнал. Выстрелить ракетой сразу, как только мы поднимемся на поверхность. Пеленг?»

«Постоянный на два-семь-ноль, господин Командир».

«Приготовиться вести огонь из зенитной пушки. Номер Первый, следуйте сразу за мной». Вдруг сразу весь центральный пост наполнился активной деятельностью. Открыли кладовку с боеприпасами.

Фейерверк на пороге своего дома? Неужто мы действительно собираемся вести огонь из «Эрликона»?

«Пал на боевом посту…» — услышал я шепот Френссена.

Пилгрим накинулся на него. «Заткнись, придурок!»

Командир положил руку на трап. «Все ясно?»

«Да, господин Командир».

«Очень хорошо. Всплываем».