Никаких гостей в этот час не ожидая, староста немного этому удивился, тем более, что пышная кавалькада объявляла о совсем необычном госте.

Затем дали знать супруге, побежали слуги. Староста вышел на крыльцо, думая, что отгадает, кого Господь Бог привёл.

Тем временем всадники приближались к усадьбе, а была их целая группа и очень существенная, и выглядело это по-чужеземски и празднично.

Один ехал, одетый по-пански, на храбром коне, за ним двое вооружённых слуг, сталь которых светилась как серебро; далее шесть оруженосцев, хорошо одетых и вооружённых, дорожный экипаж, сделанный иностранным способом и пара лошадей. Староста, набросив на себя кожушек из куницы, стоял, смотря с крыльца, и именно в ту минуту тот, что ехал впереди, живо подъехав, осадил лошадь.

Брохоцкий вскрикнул от удивления, узнав Дингейма, который весело соскочил с коня, и с уважением приблизился к нему. Вокруг бывшего пленника теперь было по-пански: одеяние из бархата и золочёных шнурков, на шее цепь, красивый обшитый пояс, меч в позолоченных ножнах, на голове шапка с пером.

Румяное, светлое лицо также дышало какой-то радостью и свободой.

– Слава Богу, что вижу тебя так красиво снаряжённым, и что обо мне не забыл.

Он сразу провёл его в избу, где Старостина и Офка с одинаковой вежливостью его приняли. Послали за Мшщуем, который отдыхал, и тот, стуча топориком, притащился приветствовать. Нагрели сразу вина и посадили гостя, спрашивая его о приключениях, так как легко было догадаться, что ему выпала удача.

Дингейм сразу приступил к рассказу.

Выехав из Брохоцина, он действительно отправился, как ему советовали, на императорский двор, для службы и для жалобы на брата, который выкинул его с родины и ничего ему дать не хотел.

Старший был позван на императорский трибунал, однако он не явился. Между тем, когда собирались силой отомстить за ущерб, этот брат, связавшись с соседом, в ночной засаде был убит. Его вдова, хотя детей не было, взяв себе шляхтича, который при жизни мужа у них был конюшим, замок и владения оставить не хотела. Утверждала к ним претензию за какие-то суммы, которые внесла, но о них только подозрительные пергаменты свидетельствовали, потому что, в действительности будучи бедной, ни гроша не имела. Пришлось тогда Дингейму захватывать силой, а оттого что Куно на императорском дворе себе приятелей нашёл и в замке имел своих старых, удалось проникнуть обманом и, схватив вдову с её новым супругом, избавиться от них навсегда.

Вернувшись в свою отцовскую собственность, притом богато награждённый императором за рыцарские заслуги, Дингейм был теперь могущественным паном, который уже в служении кому-либо, за исключением императора, не нуждался.