Светлый фон

— И много подобных дворцов в ожидании гитлеровцев вы, господин негоциант, изволили воздвигнуть в Хорасане?

— Такой… вах-вах… лишь один-единственный… для генералов, для размещения штаба армии… Есть… то есть мы построили… подрядчиком мы были… сортом пониже по дороге в Кешефруд… Тьфу-тьфу, для господ офицеров чинами пониже… Вы, горбан генерал, его изволили видеть уже… мне рассказали о вашей поездке… доложили, так сказать… Отель «Регина», так сказать… Ну еще есть один-два… кто же ожидал течение реки событий… Каюсь… Вах-вах… Но теперь все-все, и дворец, и «Регину», и… все прекрасные гостиницы с коврами, кондиционерами, швейцарами, поварами, с горничными… горничные там розы. Тьфу-тьфу, передаю… отдаю безвозмездно Красной Армии… Советские офицеры заслужили… пусть отдыхают… наслаждаются… Тьфу-тьфу!

Али Алескер являл олицетворение гостеприимства, хлебосольства, широты натуры, но плевался он слишком часто.

— Примет или нет ваш подарок, господин Великолепие мира, наше командование, это другой вопрос. Вы приготовили мягкие перины и отличную снедь. Остается задать вам вопрос: что вас так разобрало, господин Великолепие мира! С чего это вы вздумали переметнуться к нам?..

Глубоко поклонившись, так глубоко, что нельзя было видеть выражения лица, Али Алескер протянул в несколько раз сложенный лист бумаги.

— Что такое? Список? — развернув лист, воскликнул комбриг.

— Здесь убежища и тайники, караван-сараи, таможни, где… аллемани-резиденты Германии…

— Вы говорили об откровенности… Что же, указывайте склады… Где они расположены?

— Склады… — простонал Али Алескер.

— Да, склады оружия, боеприпасов.

— Склады я укажу лично.

— И немедленно!

— Да… Всей душой… Сердце на ладони… Откровенно…

— Отлично! Идемте!

Али Алескер так выл, стонал, вопил, проливал слезы, охал, что невольно Мансуров, видевший на своем веку в Азии всякие представления, и тот опешил.

Доброжелательнейший, добродетельнейший, преданнейший господин Али Алескер готов был положить голову за дело справедливости и помочь великому генералу, полководцу, «Мечу Советов» разыскать, выловить, разгромить, выкурить, уничтожить, разоблачить гитлеровцев и их тайные базы, склады, логова, притоны. Он даже пообещал, что подымет народ, трудящихся, батраков, бедняков, охотников ловить, истреблять…

Он уже улыбался, ликовал, потирал по обыкновению ручки, он уже представлялся вождем похода трудящихся против фашизма, словно советскому командованию ничего не оставалось, как только объявить благодарность в почетной грамоте.

От всего этого потопа словесной шелухи Мансуров и гости пришли в себя лишь за столом, перед превосходными севрскими тарелками и блюдами, хрустальной роскошью и изысканностью поданных мгновенно накрытых серебряными крышками блюд.