— Да ладно, чего уж там! — махнул Богдан рукою, изображая широкий жест. — Не в деньгах счастье, как говорят у нас! Я просто люблю подраться, вот и все!

…Сейчас время близилось к половине первого ночи. Крутой, армейского дизайна, «хаммер» вез путников по лесной дороге неведомо куда.

— А что на вашу машину «право повозки» тоже распространяется? — спросил Богдан у водителя. Просто так спросил, со скуки.

— Места тут неспокойные, а у тебя, гляжу, и охраны нет.

— Зачем? Местные разбойники к этой машине ближе, чем на десять ярдов не подойдут, даже, если им сам Мэтр приплатит за смелость, — улыбка водилы оказалась открытой и приятной, будто у русского тракториста из фильмов 50-х годов. Не поверишь, что человек на мафию работает!

— Богдаш, тебе больно? — спросила Кира, наблюдая за гримасами коллеги на ухабах. — Таблетку, может, дать?

— Поцелуй меня лучше и песенку спой.

— Да иди ты, в самом деле!

Говоря откровенно, анальгетиков Богуславский принял бы сейчас с удовольствием, но нельзя. В сон начнет тянуть, реакция притупится. Проснешься, чего доброго, без головы.

— Подъезжаем, — сообщил водитель, джип проломился с треском сквозь кусты и выскочил на речной берег. — Вас уже ждут.

Воздух тут был наполнен ароматом джунглей, тины и рыбы — знакомые запахи, почти родные. На миг Богдану почудилось, что не было еще в его жизни ни города Калайбо, ни отелей, ни боев, а только долгая-предолгая дорога сквозь бесконечные леса. Иллюзия, впрочем, схлынула моментально, едва поднялся на ноги и ощутил весь болевой букет. Забудешь такое, как же!

— Сайпа дья! — крикнул водитель негромко, и темная масса метрах в двадцати от берега, ожила, вдруг, зарокотала двигателем. Вспыхнувший прожектор отыскал лучом сперва водилу, потом джип и путников, затем погас. Тихо пофыркивая, катер подошел к берегу почти вплотную, кто-то бросил с палубы швартовочный конец, а водитель поймал на лету и ловко обмотал вокруг ближайшего дерева.

— Сейчас я вас познакомлю с капитаном, — сказал шепотом, показав в очередной улыбке великолепные белые зубы. — Крутой парень, надежный. Я с ним сам когда-то ходил ночными рейсами.

Человек, спустившийся вальяжно по сходням, если и напоминал моряка, то весьма специфического — из тех, что бороздили Карибское море под «весёлым Роджером» лет триста назад. Одежда свободного покроя не сковывает движений, голова повязана банданой, на поясе болтается устрашающего размера тесак в ножнах.

— Это, стало быть, вы и есть? — начал капитан без предисловий, подходя и протягивая, по-европейски, руку. — А я, стало быть, командую этой посудиной. Хочу сразу упредить, ребята, меня не касается, кто вы такие и почему хотите слинять из страны. Достаточно того, что за вас просит уважаемый человек. Вам, я так думаю, тоже не должно быть дела до моего экипажа и моего бизнеса, о'кей?