--В Червлянск, -- отозвался Акела, -- Толстого с Викингом заберём и в Светлоград. Сейчас начнутся горячие денёчки.

 --А что, до этого холодные были? -- ухмыльнулся Соловей.

 --Всё познаётся в сравнениях.

 --Вообще-то, да.

 В Тереме они практически не задержались. Акела едва успел хлебнуть чаю. Славка с Сержем ожидали их уже в полной боевой, одетые и с мешками. Свиту с охраной новояв­ленный кнез безжалостно отправил домой своим ходом.

 --Чтобы служба мёдом не казалась, -- пояснил он.

 На ковре Викинг завалился спать -- его сняли прямо с караула. Друзья болтали о том, о сём. Сейчас им не так уж часто выпадала такая возможность -- дел было по горло.

 --Борисыч, а почему всё-таки ты отказался кнезом на Светловодье садиться? -- допытывался Клим, -- вам с Василичем командовать не привыкать. С ним понятно, у него сейчас пост выше.

 --Он сейчас здесь как Сергей Борисыч, -- уточнил Соловей, -- а, правда, Борисыч, почему? Я слышал, что Ставр тебе предлагал первому.

 --Ах, друг мой, -- бутафоря, томно закатил глаза Акела, -- для Атоса это слишком много, для графа де ля Фер слишком мало...

 Васька фыркнул от смеха.

 --Ну, ты в своём репертуаре, сволочь старая.

 --Ты уже тоже не шибко молодая, -- привычно отмахнулся витязь, -- а по большому счёту, оно нам надо, пенсюкам? Деревни мирить, челядь строить? Скучища. Толстому в кнезах походить ещё в кайф, вот пусть и попирает трон задницей. А мне уже всё в этой жизни наскучило, я уже с Екклесиастом на все сто согласен -- ничего в этом мире нового не будет, всё уже было.

 --Под такую задницу одного трона мало будет, -- серьёзно заметил Соловей, привычно уворачиваясь от Славкиного подзатыльника.

 --Ты глистов выведи и такой же будешь, -- посоветовал тот другу.

 --Да дело не в глистах. Это с меня Любава все соки выпила.

 --Скажи уж, высосала, -- хохотнул беспардонный Клим.

 --Ага, тебе, твою мать, смешно. Меня там Борисыч оставил ей на растерзание, думаешь, она мне там спать давала? Трахала меня, как бобика.

 --Ты нас разжалобить хочешь? -- хмыкнул Акела.

 --От вас дождёшься жалости, -- засмеялся Василий, -- пожалел волк кобылу. И тут же сменил тему, -- а о чём вы там с Василичем шептались, пока ты чай халкал, или секрет?