Правда, будем справедливы, когда в узком кругу ею восхищались такие зубры, как Барс или Акела, она цвела и пахла, усиленно делая вид, что "хулу и похвалу приемлет равнодушно". Невысокая, тоненькая, с невзрачной, на первый взгляд, внешностью, она была идеальным "топтуном". Помимо всех прочих качеств, конечно.
Выросшая в шайке татей, любым оружием владела как собственными пальцами, а в рукопашной не всякий мужик мог составить ей конкуренцию. Прибавьте сюда врождённый артистизм, соединённый с искусством перевоплощения и маскировки. В общем, покойная Мата Хари повесилась бы от зависти. Встреча с друзьями стала для девчонки её звёздным часом.
Они вышли из покоев и пошли по коридору. Почувствовав что-то, Акела обернулся. Ласка, скромно опустив глаза, стояла в двух шагах от них.
--Ласка, пощади мои старческие нервы, -- засмеялся Акела, -- заикой ведь когда-нибудь сделаешь.
--Это ты шутишь, -- полувопросительно ответила девушка, -- ты ещё совсем не старый.
--Вот хватит меня кондрашка, -- проворчал Акела, -- стану совсем, докладывай, суперагент.
--Полдня походил по ярмарке, побеседовал с двумя торговцами, обоих я знаю. Затем пошёл к боярину Худолею, там оставлен под наблюдением.
--Худолей -- это который? -- поинтересовался Барс.
--Высокий, худой, лицо жёлтое, вытянутое, козлиная борода, -- не задумываясь, стала перечислять Ласка.
--Стоп, -- остановил Акела, -- помню. Соратник Славодума, на пару кнезу нашему кровь пили.
--Помню, -- кивнул Андрей, -- Ласка, образуйте с Малышом трёх уважаемых граждан к дому Худолея.
--Понятыми? -- понятливо кивнула Ласка и исчезла за поворотом.
--Твоя школа? -- усмехнулся Андрей.
--Толковая девушка, -- отозвался Акела, -- целой группы стоит.
...В понятые были приглашены двое бояр, что на памятном заседании боярской думы спорили с покойным Славодумом, и ещё один молодой боярин, которого Акела не помнил. Однако, ни на минуту не сомневался, что кого попало не пригласят.
К терему подошли всемером -- кнез Клим, Акела, трое бояр и два дюжих стражника. Барс с Лаской взяли на себя задачу перекрыть пути возможного отхода. Боярское жилище было серым и невзрачным, как и все остальные терема знати. У Акелы мелькнула мысль, что эта убогая серость служила и некой защитой. Слишком уж жадным и завидущим был прежний кнез--мог, не задумываясь отнять то, что понравится. Вот и маскировались, по возможности. На требовательный стук в ворота высунулась толстая холуйская рожа.
--Болен боярин, не принимает гостей.
--С каких это пор боярин кнеза в воротах держит? -- зловеще спросил Клим, проворно поймав холуя за бороду. Оттолкнув его, они вошли в ворота, и, не обращая внимая на челядь. Холуи, сновавшие по двору, при виде них попрятались, как мыши. Они поднялись на крыльцо и вошли в терем. А тут изнутри, и впрямь, куда как поярче и побогаче убрано.