--Ну, типа того, -- потупился Славка.

 --Фу, ты, -- фыркнул Акела, -- проблему нашёл. Первый ты такой, что ли? Что, голубая кровь взыграла? Да кто тебе здесь указ? Тебе даже Волод слова не скажет, а кто ещё выше? Только Господь Бог.

 --Вообще-то, да, -- согласился Клим, -- закончится эта катавасия, поженимся. Баба она хорошая.

 --Вот и ладно, -- хлопнул его по плечу Акела.

 Они пожали друг другу руки. Акела с Барсом вышли из палат и пошли наверх, где хранился ковёр-самолёт. Но улететь им была не судьба. Громко топая, по лестнице их бегом догонял Клим. Предчувствие скворчонком трепыхнулось в сердце.

 --Каркуш прилетел, -- выдохнул Славка, -- кызбеки приближаются к границам.

 ...Мелькают под ковром степные холмы, покрытые колышущимися волнами разнотравья, где степная живность веками ведёт свою особую жизнь. Но, словно болезненное образование на теле, язвами проявляются рыжие проплешины. Их всё больше и они сливаются, вытоптанные копытами коней до голой почвы.

 Лагеря кызбеков раскинулись примерно в трёх километрах от минированных подступов к Руссии. Сверху хорошо было видно, что жизнь в них течёт чисто походная: тре­нировки, скачки, смены караулов, принятие пищи. Дым, пыль, вонь и лязг оружия. Дураку понятно -- по первому сигналу эти закалённые воины прянут в седла и лавой двинутся туда, куда покажет владетельная длань Джура-хана. Однако, пока этого не происходило.

 Третий день ковёр-самолёт барражировал над стойбищами, которые тянулись на несколько километров по рокадному направлению.

 А лето, не замечая этого, готового обрушиться на страну, бедствия, продолжало вступать в свои права. Огромная степь была покрыта изумрудно-зелёной травой. Даже орда кызбеков не могла вытоптать её полностью и яркие головки тюльпанов мелькали тут и там, вопреки всем невзгодам. Цветущие кустарники привлекают диких пчёл, а рядом в траве затаился маленький горбоносый сайгачонок в ожидании мамки. Бродят по зелёным волнам стада антилоп, кружат вокруг легконогие степные волки, и у тех и других детё­ныши. Одним нужно молоко, другим мясо, но кормить надо всех.

 Стаи фазанов водят за собой подрастающих птенцов, неохотно взлетая при приближении хищников. Пересвистываются толстые жирные тарбаганы, плотно забивая за­щёчные мешки мелкими зёрнышками и семенами трав, запасая корма на время засухи.

 Даже голые неприступные скалы, кое-где были стыдливо прикрыты зеленеющими лианами, ползущими вверх и цепляющимися за каждый выступ. Здесь, на самом припёке, свернувшись тугими кольцами, грелись под солнечными лучами ядовитые эфы и крупные кобры. Из неприметных, на первый взгляд, скальных трещин, куда невесть как попала горсточка земли, протягивали тонкие веточки деревца, проросшие из случайно заброшенных ветром семечек. Выше уже были владения лишайников, которые покрывали скалы пятнами оттенков от серого до бледно-зелёного.