— К чему это уставать-то, день только начался. Я трактор твой, может, хочу обогнать, не осерчаешь?

— Не осерчаю.

У Фоминой заглох мотор, она стала его заводить, ручка сильно отдала назад и ударила ее по руке. Она вздулась, посинела. Я велела Нюсе немного отдохнуть и часа три проработала на ее тракторе. Когда, возвращаясь обратно в свой вагончик, поравнялась с Нюшей, ей ребята опять подвели новую, свежую пару лошадей.

Нюша устала. Лицо у нее было все в пыли, она шла за плугом уже тяжело, но, увидев меня, все же крикнула:

— Как дела, бригадирша? Все за твоими тракторами бегу, да все не управлюсь.

— Обедала хоть, — спросила ее.

— Прибегал Витюшка, обед приносил.

— Ох, устала как ты, — пожалела я ее.

— Все одно, все там будем, только, правда, не в одно время. Хоть бы мои мужики в этом деле меня не обогнали, все думки о них, — и она замолчала, упорно шагая за плугом.

В шесть вечера, во время пересменки, мы увидели Нюшу. Она вела с поля третью замученную ею на пахоте пару лошадей.

Нюша шла медленно.

Мы окликнули ее. Она с трудом подняла голову: ее глаза потухли, лицо посерело от толстого слоя пыли, но все же она нашла в себе силы и сказала:

— Справилась, девчата, нагорницей стала. За день вспахала 4,3 гектара. Теперь девок наших на соцсоревнование вызову. Ну, ладно, мир вам, девчата, а я домой иду.

— Ой, девчата, как бедненькая Нюшка устала-то, — с жалостью говорит Анисимова. — Вот если бы было у нас больше тракторов, они бы так не пахали.

— Да если бы все трактора работали, как наши, уже легче было бы им, а то сколько отстающих среди трактористов, черт бы их побрал, — с сердцем говорит Фомина. — Сейчас плохо работать на тракторе, значит, народ свой предавать. Я вот для Нюши завтра полгектара лишних сделаю, обедать не пойду, а сделаю.

— И я, — говорит Демидова, — тоже полгектара лишних обязуюсь сделать.

И тут все девчата взяли такое обязательство. И на следующий день это обязательство все выполнили. Демидова бегала к Нюше Сорокиной и рассказала ей, что для нее наши трактористки вспахали сверх всяких обязательств лишних три гектара. Нюша нас поняла и была очень обрадована нашим подарком. Она рассказала нам, что Витюшка вызвал ее на соцсоревнование и на бороновании за один день дал две нормы.

— Поняли, что за мальцы у нас? Ведь ему-то, поди, четырнадцать только еще будет, а он уже вот какой сознательный! А его друг Толька работал на конных граблях, сгребал опавшие стебли с колосьями, и вишь ты — вместо нормы три гектара сгреб с двенадцати. Поняли?

Нюша гордилась мальчишками своего колхоза и радовалась каждому их успеху. Сама она с утра опять взялась за пахоту и все дни работала по-нагорновски.