Абзац вышел настолько забавным, что возвысил ожидания. Он показал, что молодая критикесса жаждет крови. Следующий рецензируемый фильм – «Дикость-90» Нормана Мейлера – дал ей более знакомую тему: Адлер вернулась на привычную территорию – личности писателей. Зрители, которым нравится Мейлер, – «самые любящие, прощающие, бесконечно снисходительные и деструктивные зрители наших дней», – наверняка простят ему этот фильм, как прощали все другие.
Это никак нельзя было назвать комплиментом: Адлер ясно дала понять, что фанатскую базу Мейлера она считает группой, не поражающей интеллектом. Например, она не может себе представить, чтобы это «снисходительное стадо, в Мейлере видящее протагониста подростковых питер-пэнских метаний в поисках свободы и себя, приняло бы фильм жесткий, сжатый и не апологетический».
Как и позже, в «Опасных похождениях Полин», казалось одновременно, что Адлер и совершенно не затронута влиянием Кейл (ранние ее рецензии написаны сжато, как репортажи), и полностью проникнута ее воинственным духом. Ее рецензии хлещут обвинениями в претенциозности и сентиментальности. Фильмы, которые «серьезным людям» нравятся – «Выпускник», «Хладнокровное убийство», «Угадай, кто придет к обеду?» – для Адлер подозрительны, пусть они даже так по вкусу буржуазной публике. Ей на руку был статус аутсайдера, защищавший от засасывающего давления вкусов публики. Он даже позволял ей, в отличие от других кинокритиков, не принимать ничью сторону в войнах сторонников и противников авторского кино. Она просто высказывала свои личные суждения, а системные споры оставляла другим.
Как было и с Кейл в
Самой известной такой атакой было объявление от