Новое правительство было создано посредством голосования оставшихся парламентариев, так что некоторая закономерность была соблюдена. Согласно этому голосованию, Францией должны были управлять три консула, из которых Бонапарта вскоре назвали «первым консулом». В качестве такового он был теперь главой нации, и в той мере, в которой изменение механизма управления могло на это повлиять, олигархия и продажные клики уступили место новому режиму личной власти, основанной, несомненно, на поддержке общественного мнения в целом и в еще большей степени на поддержке армии, хотя и не всех ее командиров. Потому что для некоторых из них Бонапарт был такой же генерал, как другие, – один из них. И именно среди генералов зависти к его власти предстояло сохраниться навсегда, в то время как солдаты и младшие офицеры все больше и больше боготворили своего главнокомандующего (Беллок Х. Наполеон. Эпизоды жизни. М., 2005. С. 16–17).

Но противоречия в обществе не были преодолены. Многим во Франции стали известны слова первого консула, что он не принадлежит какой-либо группе лиц, отстаивающих свои корыстные интересы, он представляет интересы всего французского народа. Но в обществе, в том числе и среди депутатов, высказывались опасения, что власть генерала Бонапарта и его братьев скорее напоминает «диктатуру шпаги». Некоторые депутаты высказали свои опасения министру полиции Жозефу Фуше, который полностью был на стороне государственного переворота 18 брюмера, нужно было все переиграть.

– Но вы, господа, сами назначили генерала Бонапарта командующим парижскими войсками, есть декрет о его полномочиях, вы дали ему военную власть, и события повернуть вспять уже невозможно. Вы спохватились, господа, поздно.

Наполеон в тот же вечер знал об этом разговоре и подвел итог проходящего дня:

– Среди этих депутатов слишком мало настоящих людей. Я наблюдал за ними весь день. Какое скудоумие, какие низменные интересы!

Адвокат Шазаль внес предложение депутатскому корпусу, согласованное с Сиейесом: «Законодательный корпус голосует за создание временной исполнительной комиссии, состоящей из граждан Сиейеса, Роже Дюко, двух членов бывшей Директории, и генерала Бонапарта, впредь именуемых консулами республики».

Депутаты утвердили это предложение. И на первом заседании трех консулов председателем избрали генерала Бонапарта. Тут же были назначены министры правительства. Оказалось, что правительство не имеет денег даже на дорожные расходы курьеров, не выплачивает денежное довольствие армии, не обеспечивает содержание армии продуктами и обмундированием. Генерал Бонапарт со знанием дела говорил о финансах, армии, о переустройстве администрации, о законах. На любой вопрос Бонапарт отвечал так, будто давно готовился возглавить правительство. Сиейес и Роже Дюко только переглядывались друг с другом, понимая, что не ошиблись с выбором председателя.