Произошла настоящая катастрофа: погибли двенадцать гренадеров и десять случайных прохожих, двадцать восемь человек было ранено, сорок шесть домов были повреждены.

Полиция Фуше установила всех причастных к этой катастрофе.

25 апреля 1801 года римский скульптор Черраки и оба шуана Карбон и Сен-Режан взошли на гильотину и под гром аплодисментов собравшихся были гильотинированы.

Часть третья Черная гроза

Часть третья

Черная гроза

Поздно вечером 21 июля 1801 года по внутреннему коридору Петергофского дворца беззаботно шагал Юрий Александрович Нелединский, только что получивший указания императрицы Марии Федоровны. Он возврашался в свои покои, где проживало его семейство, жена и дети.

Навстречу торопливо шли император и озабоченный Кутайсов, который тут же наклонился к уху императора:

– Вот кто следит за вами днем и ночью и все передает императрице.

Слова Кутайсова оказали на впечатлительного Павла Петровича огромное воздействие. Он тут же вернул проходившего Нелединского и строго заявил:

– Вы сегодня же покинете двор. Поезжайте в Москву и дожидайтесь моих распоряжений.

– Но завтра, государь, праздник императрицы!

– Завтра императрица обойдется и без вас. А если вы останетесь здесь, то опустите шторы, не выходите из квартиры и детей не выпускайте.

И спокойно прошествовал дальше, оставив растерянного Нелединского, который до этих пор добросовестно служил императору. Кутайсов наслаждался происшедшим.

28 июля 1798 года последовало одно из роковых событий: на место петербургского военного губернатора генерал-лейтенанта графа Буксгевдена, преданного императору и императрице, по рекомендации Ивана Кутайсова был назначен генерал от кавалерии барон фон дер Пален.

В тот же день получил отставку вице-адмирал Плещеев, некогда близкий друг императора, чуть позднее – князь Алексей Куракин.

А интрига, которую затеяли князь Безбородко и Иван Кутайсов, продолжала раскручиваться. 1 августа московский сенатор князь Лопухин впервые появился в Петергофе, ему была оказана невиданная честь – он обедал вместе с императором во дворце, а 8 августа Лопухин был назначен генерал-прокурором. 20 августа ему был подарен дом на Дворцовой набережной, в последующие дни он заседал в Совете и получил высший чин действительного тайного советника. Жена его, Екатерина Николаевна, стала статс-дамой, а дочь, Анна Петровна, камер-фрейлиной.

9 сентября был уволен в отставку вице-канцлер князь Александр Борисович Куракин.

Преданные еще по Гатчине Ростопчин и Аракчеев вернулись на службу в свиту его величества, а Ростопчин вскоре стал действительным тайным советником, а затем был назначен третьим членом в Коллегии иностранных дел.