Судя по гладкости языка, отсутствию каких-либо бытовых подробностей и авторскому заглавию, «Мысли из лени» могли быть кусочком дневника, но не исконным, а находящимся в процессе литературной обработки для публикации в виде очерка. Ведь таким же образом Белый поступил с дорнахским дневником, переделав в 1915–1916 годах его фрагменты в очерки для «Биржевых ведомостей», а потом инкорпорировав их в текст «Кризиса жизни». В 1918 году Белый опубликовал три очерка в газете «Жизнь», два из которых («Верное знание» — 4 мая (21 апреля), «Жизнь» — 12 мая (29 апреля)) также вошли в «Кризис жизни»[1536]. Думается, что и «Мысли из лени» предназначались для газеты «Жизнь», издававшейся А. А. Боровым и Я. И. Новомирским с 22 (10) апреля по 6 июля 1918 года. С этой газетой Белый был связан организационно[1537]. В записи за апрель 1918‐го в «Ракурсе к дневнику» отмечено: «Становлюсь сотрудником газеты Борового <…>; встречи — с Боровым и сотрудниками газеты» (РД. С. 442). Не вполне ясно, почему эта публикация не состоялась; скорее всего, Белый просто не успел ее сдать в печать до закрытия газеты. Тем не менее «Мысли из лени», как и другие литературно обработанные части «дневника философских мыслей», были включены в «Кризис жизни» — в главки 31–35.

4. «УЦЕЛЕВШИЙ КОНЧИК „ДНЕВНИКА“». 1919

4. «УЦЕЛЕВШИЙ КОНЧИК „ДНЕВНИКА“». 1919

Небольшой отрывок из подлинного дневника 1919 года, охватывающий период с 27 марта по 7 апреля, сохранился в фонде Белого в РГАЛИ и был опубликован А. В. Лавровым и Дж. Малмстадом в томе 105 «Литературного наследства» вместе с другими автобиографическими сводами писателя[1538]. Большая часть этого дневника посвящена детальному обзору двух публичных мероприятий: докладу А. В. Луначарского «Абсолютный покой Бога как основная ошибка мистиков» 27 марта во «Дворце искусств» с последующими выступлениями оппонентов (Вяч. Иванов, Г. И. Чулков, М. П. Столяров и сам Белый) и диспуту в Политехническом музее («митингу искусств») 29 марта, на котором выступали Белый, Луначарский, К. Д. Бальмонт и др. В дневнике также лаконично отмечены другие выступления, встречи с разными людьми и темы их бесед, издательские дела, погода и самочувствие.

В последней записи Белый объявляет об отказе от ведения дневника, объясняя это тем, что существование в послереволюционной России не приносит радости и недостойно описаний: «Прекращаю за неимением времени на нее эту жалкую пародию на дневник. 7‐го апреля. Жизнь — собачья»[1539].

Здесь опять-таки возникает вопрос: если 7 апреля 1919 года Белый прекратил вести дневник, то когда он его начал? Ответ, как кажется, дают две пометы Белого, поясняющие характер рукописи: «Остаток пропавшего „Дневника“, который вел в 1918–1919 гг. А. Белый»; «Уцелевший кончик „Дневника“, который вел в 1918–1919 году. „Дневник“ утрачен. 14 страниц»[1540]. Почти так же назвал этот документ Белый в описи своего архива, сделанной в 1932 году при передаче его в Литературный музей: «Кончик „Дневника“, веденного в 1918–1919 гг. „Дневник“ потерян»[1541].