Во вступительной заметке («Вместо предисловия») к «Кризису жизни», датированной июлем 1918-го, Белый так представляет читателю свое произведение:

Предлагаемый «дневник» мыслей есть часть дневника, который пришлось мне вести в Швейцарии в 1915-ом и 1916 году; части из этого дневника в свое время были мной напечатаны в отрывках; другие же части вошли в мою книгу «Кризис сознания», увы, не могущую появиться на свет по условиям нашего времени. Перечитывая этот дневник, убеждаюсь невольно: не устарел он; охвачены тем же мы легкомыслием; события, ударявшие нас, озлобляли нас друг против друга; на себя самих не повернулись доселе мы. «О человек, познай себя!» Андрей Белый[1525]

Предлагаемый «дневник» мыслей есть часть дневника, который пришлось мне вести в Швейцарии в 1915-ом и 1916 году; части из этого дневника в свое время были мной напечатаны в отрывках; другие же части вошли в мою книгу «Кризис сознания», увы, не могущую появиться на свет по условиям нашего времени. Перечитывая этот дневник, убеждаюсь невольно: не устарел он; охвачены тем же мы легкомыслием; события, ударявшие нас, озлобляли нас друг против друга; на себя самих не повернулись доселе мы.

«О человек, познай себя!»

Показательно, что Белый здесь четко разделяет «дневник» (в кавычках) как жанр публицистики, как своего рода стилизацию под дневник, и собственно дневник (без кавычек), то есть реальный дорнахский дневник, который стал «сырьем» для «дневника» (в кавычках), то есть для книги. Как указывает Белый, этот дорнахский дневник уже использовался им ранее при подготовке серии очерков, публиковавшихся с 15 марта по 23 августа 1916 года в газете «Биржевые ведомости»[1526] и после, в 1918‐м, в газете «Жизнь»[1527]. Эти очерки, то есть «первую производную» исходного дневника, Белый также инкорпорировал в текст «Кризиса жизни», разбросав куски напечатанных очерков по разным главам[1528].

Подтверждает серьезную опору «Кризиса жизни» на дневниковое «сырье» и то, как Белый в «Ракурсе к дневнику» (запись за июнь 1918-го) характеризовал свою технику подготовки произведения к печати: «<…> работаю над составлением текста „Кризиса Жизни“» (РД. С. 442). Получается, что он не писал книгу, а составлял ее из фрагментов дневника, ранее уже частично переработанных в газетные очерки, добавляя, вероятно, какие-то новые материалы и соображения.

Так же описана подготовка к изданию следующего эссе, начатая тоже в июне 1918-го: «Начинаю 2-ой кризис „Кризис Мысли“ (т. е. перерабатываю имеющийся материал для отдельной книжки)» (РД. С. 442). «Имеющийся материал» — это, видимо, те же дневники, но еще не «причесанные» для газетных очерков.