Тем не менее существует очевидный допустимый предел, если мы хотим сохранить независимость судей. Министры не должны обрушиваться на судей за решения, которые их не устраивают. Если судья не прав, то верным поступком будет обжаловать вынесенное решение в вышестоящем суде. Аналогично, если парламенту не нравится, как суды истолковали тот или иной законодательный акт, парламент всегда может переработать закон, уточнив, чего именно они хотели с его помощью добиться.

СУДЬИ В ОПРЕДЕЛЕННОЙ СТЕПЕНИ ЯВЛЯЮТСЯ ПРИРОЖДЕННЫМИ ПОЛИТИКАМИ.

СУДЬИ В ОПРЕДЕЛЕННОЙ СТЕПЕНИ ЯВЛЯЮТСЯ ПРИРОЖДЕННЫМИ ПОЛИТИКАМИ.

Давая присягу, каждый судья клянется «поступать правильно со всеми людьми, согласно законам и обычаям этого королевства, без страха и благосклонности, симпатии и недоброжелательства», но было бы наивно полагать, что судьи не привносят свои собственные индивидуальные особенности, ценности и неосознанные предубеждения в свои решения, как бы они ни старались этого избежать[127]. И несомненно, что судебный контроль[128] – а в особенности иски о нарушении Закона о правах человека – все чаще требуют от судей принятия решений, связанных с политикой.

Тем не менее наше национальное предпочтение, которое я склонен считать правильным, заключается в том, чтобы попытаться подавить эти инстинкты, а не дать им волю, как в США. Мы не отбираем кандидатов в судьи по их партийной принадлежности, не требуем, чтобы они участвовали в выборах, финансируемых группами особых интересов и корпоративными бандитами. Вместо этого мы полагаемся на имеющиеся в нашем распоряжении корректирующие механизмы системы – апелляции для исправления судебных ошибок, возможность попросить судью взять самоотвод от дела, если стороны опасаются наличия риска предвзятости, а также на Управление по расследованию нарушений судейского поведения, занимающееся рассмотрением случаев недобросовестного поведения судей, – для максимального повышения качества и независимости процесса принятия судебных решений.

Из этого следует, что, несмотря на законность и необходимость тщательного изучения и критики судебных решений, парламент и исполнительная власть должны действовать крайне осторожно. Судьи вряд ли будут обеспокоены яростной академической критикой своего решения или тем, что суд более высокого уровня гневно отменит их решение в апелляции. Тем не менее существует тонкая грань. Если переборщить, возникнет риск нарушить принцип разделения властей и создать видимость – которая в самом худшем сценарии будет еще и соответствовать истине – влияния на независимый судебный процесс. По этой причине принято считать, что министрам и парламентариям следует воздерживаться от публичных нападок на судей за те решения, с которыми они не согласны.