И как-де они, Петрушка и Андрюшка, приехали к Нитаве под город и под тем-де городом противо вышнего города по реке, что словет Великая, стретили они, идут к Риге ратных пеших людей многое число. И к тем-де ратным людем ис того города Нитавы выехал курлянской князь и говорил их начальным людем, чтоб они с теми ратными людьми чрез тот город не шли и в городе бы и в посадех не стояли, а шли бы прямо к Риге. И взяв тот князь их начального одного человека к себе в сани и ездил с ним около тех полков. А те-де ратные люди шли, убрався строем, и, не заходя в тот город и в посады, пошли к Риге того ж числа в понедельник на первой неделе Великого поста (12 февраля). А тот-де князь с тем начальным человеком поехали в город, и был тот начальный человек у того князя в гостях. А у тех-де ратных людей спрашивали они, Петрушка и Андрюшка, многое ли число их идет к Риге, и ис тех-де ратных людей начальные люди, которые умеют польского языка, сказывали им, что-де их, ратных пеших людей, идет к Риге восмнадцать тысяч, а которого они государства, про то они у них не спрашивали. И на завтрее-де того дни во вторник из Нитавы поехал он, Андрюшка, один в Ригу для взятья товаров своих, которые оставлены у них под Ригою в посаде на гостине дворе. И отъехав-де от Нитавы до вышепомянутого рижского караулу, которой от Риги в пятнадцати верстах, и в том месте увидел: лежат на дороге застрелено иноземцов четыре человека. И убоявся того он, Андрюшка, не ездя к Риге, поехал назад в Нитаву и приехал того ж дня.

И после-де того в среду (14 февраля) товарыщ его, Петрушка, послал его, Андрюшку, для взятья товаров по-прежнему из Нитавы в Ригу. И он-де, Андрюшка, как приехал к Риге, и с Нитавской-де стороны у Двины в посаде стоят вышепомянутые ратные люди, которых они стречали на дороге и в Нитаве. И он-де, Андрюшка, приехав в тот же посад, лошадь свою поставил во дворе, а в том-де дворе стояли и те ратные люди и спрашивали у него, что он за человек и куда едет. И он-де, Андрюшка, сказывался им: руской-де человек, а приехал-де из Нитавы в Ригу для взятья товаров своих; и они-де задержания никакого ему не чинили. И он-де, Андрюшка, оставя в том дворе лошадь свою, пошел за Двину реку к Риге в посад на гостин двор, где товары их оставлены. И как-де к тому двору пришел, и в то-де время посад и гостин двор горит, а зажгли-де тот посад риженя. И он-де, Андрюшка, увидев то, что тот посад и гостин двор горит, пошел назад за Двину в посад к тем ратным людям для взятья лошади своей. И как-де он был в том посаде и в то де время видел он, Андрюшка, что те ратные люди ходят в шанцах, которые под тою Ригою, и говорили ему те ратные люди, что-де они те шанцы и свейских людей, которые в тех шанцах сидели, взяли в полон. И он-де, Андрюшка, взяв тое свою лошадь, поехал в Нитаву. И едучи дорогою до Нитавы, тех ратных людей конных и пеших стречал многих, едут к Риге ж. И приехав де в Нитаву, жили они, Петрушка и Андрюшка, в Нитаве недели с две. И в то время видели они: шло тех же войск мимо Нитавы к Риге конных и пеших многое число, а иные идут с женами и с детьми. А нитавские жители, немцы ж, называли тех ратных людей, что они саксонцы.