Приятно было прочесть, что моя статья понравилась тебе. Действительно, у тебя нет никаких замечаний? Я-то не очень ею доволен.

Наоми, не тяни с ответом. Меня волнует твое здоровье.

Прочитал в газете, что русские писатели требуют созыва международного писательского конгресса. Думаю, что до тех пор ты будешь известной писательницей, и тебя, несомненно, пошлют на этот конгресс, как единственную стоящую нашу писательницу. Это будет прекрасно!

Я очень по тебе скучаю, хочу тебя видеть. Пребывай в здравии, моя Наоми, и спасибо за последнее чудесное письмо. Жду тебя до завершения сезона ливней – до следующего понедельника.

Твой с любовью и преклонением,

Израиль

Январь 1955. Жизнь вернулась в свое русло. Она пишет уже десятую главу романа.

В юности ее очаровала старая берлинская улица Ди Алте Штрассе, на которой жили старьевщики. Она любила бродить по ней, заходить по очереди в каждый магазинчиков и в каждую лавку.

“Бертель, перестань посещать лавки старьевщиков”, – остерегал ее Гейнц. – “Продавцы там или нацисты или опасные чудаки”. Особенно это касалось антикварной лавки у Бранденбургских ворот, хозяином которой был странный старик. Однажды она приникла к витрине лавки, забитой произведениями искусства. Из глубины помещения на нее смотрел совсем дряхлый, высокий и худой продавец. Она не отрывала взгляда от его крашеных волос, которые тянулись до плеч. Старик манил ее пальцем внутрь лавки. Когда она к нему приблизилась, он взял ее за руку и повел между своих сокровищ – картин в золотых рамах, ваз и скульптур, посуды, кресел, этажерок и стульев, изделий из слоновой кости, золота, фарфора и дерева. Среди редчайших экспонатов она отлично помнит некое подобие то ли семисвечника, то ли странной лампы в цветном бумажном абажуре.

“Эта книга не для продажи” – сказал ей старик о старинной огромной и толстой книге, которая поразила ее воображение. Он еще сказал, что каждый день перелистывает несколько ее страниц. Он садился на стул, брал книгу на колени и читал ей из нее рассказы о старом Берлине. Старик гордился своим антикварным магазином, как он считал, самым знаменитым в столице. Каждый день она приходила к старику радовала его гостинцами, купленными на улице. Они сидели вплотную друг к другу, разглядывая картинки в большой книге.