“Нет никакой необходимости в общей столовой”, – говорит он, – “это неэкономно! Вовсе не принцип совместного питания превращает нас в равноправных членов общества. Следует создать районную профессиональную промышленную кухню, из которой будут привозить готовую еду во все кибуцы Долины. Так мы сэкономим драгоценное время дежурных смен, отменив их вовсе. И, вообще, общее питание не выполняет главной своей цели, как товарищеская встреча. Садятся на свободные места, а не рядом с теми, с кем бы хотелось пообщаться.

Кто-то иронизирует: “А ты торопишься закончить обед, только, чтобы отдалиться от какого-либо товарища, сидящего рядом”.

Другой замечает: “Все чаще мы вообще едим с чужими людьми”, – вспоминая рабочего из городка Бейт Шеан, совсем недавно репатриировавшегося из Марокко. Он отказался есть бутерброды на скамье со своими товарищами по репатриации, а вошел в столовую, и удобно уселся, не обращая внимания на реплику молодого члена кибуца. “Этот марокканец осмелился войти столовую и сидеть рядом с членами кибуца”.

Израиль же подсел к этому парню, дерзнувшему так высказаться во всеуслышание, и считающему себя будущим лидером.

“Социалисты мы или нет?!” – обратился Израиль к членам кибуца, после того, как рабочий из Бейт Шеана, наплевав на запрет ему и его коллегам купаться в бассейне, чтобы его не загрязнять, напряг тело на секунду до того, как прыгнуть в бассейн с криком: “И я тоже человек, несмотря на то, что марокканец!”

Конфликты между различными движениями кибуцев доходит до абсурда, равного истории Ромео и Джульетты. Девушке из движения “Ашомер Ацаир” запрещено встречаться с парнем из движения Объединенный кибуц, да еще с сыном одного из лидеров этого движения Ицхака Табенкина.

“Даже подумать нельзя, что можно так разрушить жизнь девушки, вступающей во взрослый мир”, – выступил Израиль.

Крики возмущения взорвали общее собрание – “Позор!” “Выгнать ее из кибуца!” “Израиль своими выступлениями разрушает кибуц!” “С таким мировоззрением и ему нет места в нашем движении!”

Они замыкаются в своих стенах. Отдаляются от всех. На них усиливаются нападки на общих собраниях. Писатель Натан Шахам обвиняет: “Израиль, один из редакторов издательства “Сифриат Апоалим”(Библиотека трудящихся), не относится с полной отдачей к своей работе, не старается, чтобы книги нашего Движения вышли в свет.

Конечно, Израиль – человек талантливый, но если бы он работал в полную силу, многие книги наших писателей были бы уже опубликованы. К книге следует относиться бережно, как к женщине, иначе книге наносят ущерб. Но Израиль с высоты своей “значительности” относится к редактированию небрежно, и в результате многие книги так и не удостаиваются публикации”.