Залман Шазар рассказывал, что после Второй мировой войны старик оставил последователей франкизма во Франции, у которой была особенная связь с иудаизмом. Он приехал в Иерусалим с мыслью – выкорчевать из души наследство своих предков. Здесь он хотел построить новую жизнь, освобожденную от страстей и вожделений.

Шазар продолжает поиски тайн странной еврейской секты. Перед смертью старика, он узнал у него, что во время войны последователи Франка, принявшие христианство, рискуя жизнью, спасали евреев от нацистов.

Наоми безбоязненно вторгается в мир Якова Франка.

Согласно Каббале, зло является частью жизни. И его надо преодолеть. Нет абсолютной чистоты в мире. Грех, в отличие от отношения нему других религий, неотъемлемая часть мира. К очищению от него можно прийти только, если существует равновесие между грехом и чистотой души. Последователи Франка намеренно исказили идею Каббалы и оказались в изоляции.

Гершом Шалом листал редкую книгу, приобретенную им еще в Германии. Затем он достал книгу дочери Франка. «Вот это, вот!» Длинные его пальцы скользили по небольшой картинке, на которой был изображен овальный медальон из слоновой кости. Из него неземным взором, смотрела Эва Франк. Волна черных волос ниспадала по обе стороны лица, шляпа с пером украшала ее голову. Страсть таилась в глубине глаз. И весь ее облик странным образом влиял на Шазара, Шалома и Наоми. Был бы здесь Агнон, он не смог бы сдержать гнева: зачем пропагандировать изменника, апологеты которого наложили запрет на его имя и учение?! Агнон клеймит Шазара за его фанатичное упорство в исследовании невежды, который гордился своим невежеством, который публично демонстрировал мерзкие качества.

Яков Франк был лже-Мессией, в котором странно соединялись жестокость, диктаторство, смелость и откровенная наглая ложь. Раввины обращались к народу на языке Торы. Яков Франк обращался к простому народу на его простом языке, и в этом причина его огромного влияния. В нем была притягательная сила, делающая его лидером. Но он вел за собой в бездну. Он вверг своих последователей в круговорот нечестивых дел, в сексуальные оргии, которые были главными факторами его дьявольского очарования.

«Яков Франк – первый сионист, политик, понимающий грядущее. Он не такой невежда, каким его выставили адепты традиционного иудаизма. Что в этом такого, что он увлекал за собой народ через сексуальные оргии? Речь идет об идеях освобождения, осуществляемых через освобождение личности. Освобождение от оков страсти – это общее освобождение от оков, – утверждает Шазар, адвокат Франка и его последователей, – В большинстве своем они были бедными и нищими. Сексуальные наслаждения были единственно доступной роскошью для них. Франк приноровился к ним, чтобы властвовать над ними и повести их к более высокой цели – освобождению еврейского народа от изгнания. Это легитимный диалектический процесс. Идея Якова Франка: падение, необходимое для взлета, таково важное правило Каббалы. Франк обещал своим последователям не только духовное исправление, но материальное. Он был первым, кто прямо и ясно заявил о еврейской стране. Впервые он провозгласил территориальную идею, надежду на собственную воинскую защиту, еврейскую армию».