Озеро, на берегу которого находилось Глубокое, городок и имение с таким же названием, тоже связывалось ручьем с другим озером, два километра длиной. Оно было вытянутой формы. На другом берегу озера, на холме, покрытом лесом, расположился Березвечский женский монастырь. Там было очень красиво, и нам не преминули рассказать, что Наполеон, который, конечно же, умел видеть прекрасное в этом мире, заявил, что если бы он был хозяином Глубокого, он сделал бы из него самый красивый и самый зажиточный город в Европе, связав его с Двиной по длинной череде озер.

Наполеон стоял в Глубоком во время русской кампании. Он провел там десять дней в ожидании артиллерии.[314] Император занимал три комнаты в монастыре кармелиток, стоявшем в самой высокой части городка. «Плодородные равнины Глубокого, – писал граф де Сегур в “Русской кампании”, – послужили для войск Императора привалом в пути». Равнины были действительно плодородными, по словам старых крестьян, которых мы расспросили и которые нам рассказали, что их отцы помнили прекрасно, как Наполеон хотел сделать Глубокое своей столицей.

Обойдя вытянутое озеро, берега которого соприкасались с земельными владениями имения, Ян повел нас в монастырь, затерявшийся в православной старине, так же, как и сам Корсак[315][316], древний владелец Глубокого, маленького города в Полоцкой губернии. Позднее этот монастырь стал униатским и католическим. Двести лет монастырь, принадлежавший Базилианскому ордену, был центром просвещения всей Вильненской земли. Там была духовная семинария, школы, библиотеки и многое другое. Но в XIX веке его блеск угас. Монастырь стал православным и потерял свою значимость. К концу века там было только семеро монахов, которые не знали, чем заняться. Все развалилось. Некогда великолепно организованное хозяйство пришло в упадок, и редкой красоты романская церковь вот-вот могла превратиться в руины.

Было решено упразднить монастырь и выслать отсюда праздношатающихся монахов. Но приехав с визитом в свою епархию, архиепископ Вильны Ювеналий был поражен красотой места. Было это в 1900 году. Он решил вернуть былое и поднять из руин этот прекрасный монастырь, Синод ассигновал крупную сумму. Из Ельца выписали матушку-настоятельницу и сорок монахинь, которые работали как пчелки. И Березвечский монастырь, в этот раз ставший женским, как по мановению волшебной палочки вырос на лесистом холме над озером.

Настоятельница рассказала нам всю эту историю, показала прекрасную церковь с известным образом Девы Марии, которая была частью убранства католического храма и которую, по всей видимости, привезли из Италии. Матушка показала нам монахинь, их кельи, прекрасное хозяйство, школу во главе с ее племянницей Раисой, молодой, жизнерадостной и хорошенькой девушкой, что не помешало ей, однако, постричься в монахини. Наше внимание привлекло место, которое поразило Наполеона и архиепископа: вершина холма, окруженного каменной стеной и увенчанного парком из вековых лип, отсюда было видно огромное переливающееся на солнце озеро с тенистыми елями по берегам. А вдали, на противоположном от белого дома берегу второго озера, возвышалась колокольня монастыря кармелиток. Там было очень красиво.