Приехал этот сотрудник посольства к нам без звонка, Юра был в этот день, как, впрочем, и все три дня путча, в Белом доме. И вдруг неожиданно заскочил домой за лекарствами. Он уже знал, что Фидель поддержал гэкачепистов (читал его телеграмму со словами поддержки ГКЧП). Разговор Карякина с этим лазутчиком из вражеского стана был коротким:

– А ну-ка, выматывай отсюда и передай своему Фиделю, что мы, демократы, Ельцин, новая Россия, победим!

Тут кубинец начал что-то бормотать и протянул депутату бутылку бакарди, кубинского рома: «Да нет, мы за вас! Вот это пусть будет нашим вкладом в вашу победу».

Карякин расхохотался: «Давай свой ром, завтра выпьем за победу, а сегодня – улепетывай!»

И тот быстро ретировался.

Диалог новой России с кубинской оппозицией

Диалог новой России с кубинской оппозицией

После провала августовского путча ГКЧП, на волне демократического подъема в России, в октябре 1991 года мы с журналистом Евгением Баем и находившимся в Москве лидером кубинской оппозиции Карлосом Монтанером создали Московский комитет за демократию и права человека на Кубе.

Удивительное это было время: казалось, вот-вот «взойдет она, звезда пленительного счастья, Россия вспрянет ото сна…». С энтузиазмом участвовали мы в подготовке специальной сессии Верховного совета России в феврале 1992 года по Кубе. Идея заключалась в том, чтобы осудить авторитарный режим Кастро, перестать его кормить и тем самым косвенно участвовать в репрессиях на «острове свободы» и в авантюрах кубинского режима в Африке (Ангола) и Латинской Америке. Нам казалось, это было ясно всем. Как же мы ошибались! Не прошло и двух-трех лет, начался откат назад.

Но кое-что нашему комитету сделать удалось. Летом 1992 года в сотрудничестве с Национальной кубинской ассоциацией (Майями) мы организовали переезд в США двухсот кубинских эмигрантов, временно проживавших в России. Им не разрешали воссоединиться с семьями. Мы добились разрешения.

В апреле 1992 год комитет провел в Москве международную конференцию «Россия и Куба: от тоталитаризма к демократии», в которой приняли участие представители разных течений и организаций кубинской эмиграции, комитеты в защиту прав человека на Кубе из Италии, Швеции, Испании и других стран. Я выступила с докладом на тему: «Фидель Кастро – харизма и власть. Оправдает ли его история?»

Среди всех участников нашего международного семинара заметно выделялась молодая кубинка, державшаяся особняком и не вступавшая ни в какие дискуссии. Высокая, хрупкая, она выглядела моложе своих двадцати семи лет. Говорила тихо, подчеркнуто мягко. Но у нее был решительный взгляд и за ним угадывался твердый характер. Это была Илеана де ля Гуардиа – дочь расстрелянного на Кубе в июле 1989 году известного разведчика, полковника Антонио де ла Гуардиа, верой и правдой служившего Фиделю и революционной власти многие годы. Она приехала в Москву, чтобы ходатайствовать о помощи в освобождении ее дяди, генерала Патрисио де ля Гуардиа, брата-близнеца ее отца, осужденного на тридцать лет тюрьмы.