8 января 1997 г.

Сегодня был в гостинице у Эрнста Неизвестного, который только что вернулся из Элисты, где у него был свой очередной триумф – открытие памятника калмыкам, жертвам сталинского террора.

Я снова и снова долдонил ему: ты должен осуществить в графике ли, в скульптуре ли тему – идею – «неосуществленные замыслы Достоевского». <…> Слишком литературная идея? Чушь! Микеланджело – насквозь литературен. Речь не об «иллюстрациях», а об особом понимании, об особом способе познания – художественного. <…>

…Вдруг пришел Илюмжинов.

По видимости – скромный аспирант перед сдачей экзаменов. На самом деле – цепкий (но по-восточному скрытный и в то же время по-западному улыбчивый) взгляд, именно цепкий: очень внимательно слушает, мгновенно соображает, что-то там про себя просчитывает на своем компьютере, да-да, нет-нет, решает, проверяет себя – не ошибусь ли… И вождь мессианский, и в то же время игрок, и бизнесмен.

Я – им обоим: счастлив, что присутствую при встрече двух самых отчаянных авантюристов от искусства и от политики[71].

В октябре 1996 года Эрнст пригласил нас с Юрой в Музей изобразительных искусств им. Пушкина на презентацию иллюстрированной им книги «Екклесиаст», выпущенной издательством «Присцельс». Ирина Александровна Антонова собрала в небольшом зале изысканную публику.

В центре внимания оказался, конечно, Неизвестный. Он не был многословен, но говорил очень интересно. Эрнст сделал для этого роскошного издания двухстраничный фронтиспис-разворот и тридцать иллюстраций. Конечно, это не были иллюстрации в обычном понимании. Скорее – результат собственного прочтения, может быть самого поэтического и даже вольнодумного текста Ветхого Завета, при основной теме художника – ПРЕОДОЛЕНИЕ. Неизвестный всю жизнь преодолевал сопротивление, он всю жизнь проходил через стену непонимания и часто открытой вражды. Все знают таинственные слова из книги Екклесиаста: «Время разбрасывать камни, и время собирать камни, время обнимать, и время уклоняться от объятий». Их часто используют, вкладывая порой очень разный смысл. Но в тот вечер у меня было ощущение, что для Неизвестного наступило время собирать камни и собирать их на родине, в России.

В 2000 году в центре Москвы на Большой Ордынке возле храма Иверской Богоматери как символ надежды на перемены возвысился монумент «Возрождение». Могучая стела выполнена из иерусалимского камня. Центральная фигура – Архангел Михаил, предводитель небесных сил в борьбе со злом. Он прорывается сквозь тернии, пытаясь освободиться от оков. И снова цветок жизни, символизирующий прогресс и возрождение.