– И коммунизму!

– Спустя сорок лет, в 1884 г., Владимир Соловьёв выступил с шедевром «Еврейство и Христианский вопрос». Это острая полемика с решением религиозной и еврейской проблематики у Маркса, хотя нет сенсационных свидетельств, что русский мыслитель избрал мишенью основателя теории научного социализма и читал скабрезное эссе Маркса, четвертующее соплеменников.

Несмотря на расхождения в итогах исследований, оголённый концы которых при соприкосновении производят электрические искры, у Маркса и Соловьёва («несмотря на некоторые несходства Иван Иванович, так и Иван Никифорович, прекрасные люди») – есть одинаковые оценки в характеристике социально-психологического облика еврея как такового (в прошлом и настоящем).

– И?

– Оба констатируют: евреи – жрецы Мамоны!

– Вспомнила бабушка первый поцелуй…

– Поэтому, говорит один любомудр, если я вижу перед собой еврея, что я должен и могу ожидать от него здесь и сейчас или завтра в другом месте?

– Хватит, надоело.

– Этюд о пролетарском поэте, написанный тобой в двадцать лет, прозагорал в столе тридцать лет, пока не обнаружил себя в психиатрическом журнале в Москве! Какой срок понадобится для презентации твоей «диссертации» о евреях? Когда появится?

– Когда барон Врангель снимет табу на публикацию в Крыму «Протоколов сионских мудрецов»!

– И евреи Землячка и Бела Кун, чьи фамилии украшают улицы полуострова, покаются вкупе с Дзержинским, в массовых расстрелах белых офицеров, которые, как барашки, сдались в плен?

Хозяйка застолья, богомолка, преуспевшая в страхе Божием, готовая подать гостям на жаркое жар-птицу, кабы не Великий пост, провещала:

– Многие уважают евреев и нынешние обряды их считают священными, и правители наши веселятся на их праздниках. Однако у Иоанна Златоуста это заблуждение в корне исторгнуто,– сама надысь читала! Иудеи молвят, что они поклоняются Богу, но Сын Божий отрицает это!

– Если шудра услышит Веду, пусть зальют ему уши расплавленным воском или смолой, – прошипела изучающая шесть систем брахманизма горбунья с обручальным кольцом на когтистом пальце. – Если он твердит священные тексты, пусть вырежут ему язык; если хранит их в памяти, да рассекут ему тело надвое!

– Батюшка, а жена у тебя еврейка? Сам ты не иудей? Говорят, обрезан! У тебя в хате сувенир из Иерусалима – кошерный торшер: менора…

И тогда батюшка (памятуя, хоть и был весьма обуян Бахусом, что аксиома не доказуется, а показуется, как истина в книгах великих богословов Флоренского и Булгакова) решил дать раблезианское понимание надоедливого вопроса…