В этом гнёздышке вольнодумства бывал и позже. Когда в Москве сверкал юбилейный Архиерейский собор, закордонные корреспонденты спросили: «Кого причислят к лику святых?»

– Брыкунина! – не задумываясь выдал я.

Проскочив в депутаты Верховного Совета, отец Глеб прокрался в центральный архив КГБ и раскрыл в еженедельнике «Аргументы и факты», кто какую кликуху имеет в картотеке слежки. Ему, рыжеватому (таким был, по преданию, Искариот), припаяли титул «Иуда».

– А какой «Иуда»? – щупал поднадзорный субъект библейскую компетентность чекистов. – Иуд было много… Был Маккавей из Колена Иудина…, был…

Тем летом отец Глеб прислал мне телеграмму в Крым, хотел отдохнуть у моря. Рыцари плаща и кинжала благосклонно посулили мне помочь с трудоустройством в Церкви, если оперативно буду докладывать им, чем ещё станет заниматься православный власовец.

После задушевной беседы с ними, на которую я пришёл в портках (просили не являться на вызов в рясе, отпугивающей их, будто огородное пугало птиц), позвонил Брыкунину и поделился, какой мёд источают уста уездных опричников. Ни разу не вербовали, а тут – нате! «Фантастические вариации на тему рыцарского характера»…

В Конторе Глубокого Бурения хватало специалистов, окончивших физико-математический факультет, там прекрасно знали идею квантовой физики: если за объектом установить наблюдение, он принимает конкретную форму и динамику, обретая временное существование, и не увильнёт в непостижимую неопределённость. Слежка позволяет ослабить поток беспокоящих охранку эмоций, стабилизировать состояние покоя…

Теперь, в Москве, в канун приезда президента США, когда схватка за храм Иоанна Предтечи достигла апогея, я попросил отца Глеба о поддержке, зная, что он в числе тех, кто свидится с высоким гостем из-за океана.

Брыкунин сказал, что берётся за наше дело, но взамен поручает мне составить для него трёхминутную речь ради произнесения на официальной встрече.

Я тронут, ведь никогда подобных спичей не сочинял… Тем не менее, обещаю…

Часа в четыре я опять в квартире оперного баса. Хозяева потягивают после обеда кофе на кухне…

– Послушайте, что с вами? – спрашивает вокалист, поглаживая примостившуюся на его коленях болонку. – Вам у нас скучно?.. Давайте познакомим вас… с Кучей!

– Что за каламбур? С какой «кучей»?

– Поёт у нас ведущие партии.

– Царица ночи, Розина, Снегурочка, Наташа Ростова, – вставляет концертмейстерша. – Не замужем… Давно развелась… Дочь в пятом классе, у бабушки в Киеве.

– Внешность?

– О, в вашем вкусе! То есть, в вашем возрасте. В прошлом – гимнастика, сейчас – аэробика, плаванье в бассейне… Ничего, кроме арий, поцелуев и цветов!