— Значит, ты из Балтимора? — спросил Джерри. — Отлично. И твоя фамилия — Гласс?

— Верно.

— Секундочку. Твоя мать работала в школе библиотекарем?

— Совершенно верно.

— Я был с ней знаком.

— Серьезно?

— Да. Я ее прекрасно знал. Она работала в библиотеке и каждый день, все те годы, пока я там учился, спасала мне жизнь.

— В каком смысле?

— Ну, я был щуплый еврейский мальчик, и одна банда поджидала меня у школы: намеревались избить до полусмерти, едва после уроков я выйду за ворота. А твоя мама, миссис Гласс, разрешала мне целый час отсиживаться в библиотеке. Я ей помогал, ставил книги на полки.

— Верно. В библиотеке ей всегда помогали какие-то ребята, заходившие после уроков.

— А знаешь, давай-ка я сделаю для тебя то, что изменит твою жизнь.

— Что ты имеешь в виду?

— Это будет ответная услуга — взамен на то, что сделала для меня твоя мать. Приходи завтра в мой офис. Я работаю в Брилл-билдинг.

Все знали, что Брилл-билдинг стоит на углу 49-й улицы и Бродвея. Там размещались музыкальные издательства, продюсеры студий звукозаписи и сами студии. Кто такой Джерри Либер, тоже знали все (по крайней мере, в музыкальных кругах). Творческий дуэт «Либер и Столлер» — это и были Джерри Либер и Майкл Столлер, авторы песен. В их послужном списке — бессчетные хиты разных лет: и 50-х, и 60-х, и 70-х, и 80-х. Это они написали композиции Hound Dog, Jail House Rock, Stand By Me, On Broadway и так далее: Джерри писал тексты, Столлер — музыку. Они сочинили много песен для Элвиса Пресли, «Костерз», «Дрифтерз» и других.

На следующее утро я явился в Брилл-билдинг и, войдя в офис Либера и Столлера, прошел по длинному коридору, который с начала до конца был увешан золотыми дисками в рамках. Это производило огромное впечатление. Джерри ждал меня в кабинете, закинув ноги на стол: чувствовал себя раскованно, в своей стихии. Напротив его стола стояло кресло, к одной стене были придвинуты маленькие клавикорды-спинет, рядом кушетка, а возле нее — журнальный столик. Джерри был на четыре года старше меня, до сих пор разговаривал с балтиморским акцентом, был очень энергичен. Это единственный из моих знакомых, вся жизнь которого прошла на «улице дребезжащих жестянок» — в мире американского шоу-бизнеса, где сочинялась поп-музыка, где вокалисты сотрудничали с авторами песен, а песни становились громкими шлягерами.

После приветствия он указал на дверь сбоку и сказал: «Загляни туда». Я подошел, приоткрыл дверь. И с удивлением обнаружил за ней просторную комнату с несколькими — наверно, шестью, — рядами письменных столов. В каждом ряду — четыре стола. За каждым столом — женщина в наушниках, перед ней — пишущая машинка. Было также несколько мужчин — тоже в наушниках и перед машинками.