Граждане читают этот вздор социальных фокусников, а потом обсуждают в бистро за бокалом вина. В газетах большие заголовки: «Paris conquiert sa liberté par les armes», «Paris se libère lui-même»[888], и в целом Франция освобождает себя сама при скромной помо-щи союзников. Через неделю вообще перестанут говорить об американцах и англичанах. Петух — трудно найти лучший символ для этого народа. Все братство, собирающееся в подворотнях и в бистро, хлопает крыльями и поет, потрясая гребнем, и ждет американский шоколад и консервы. Но когда вдалеке появляется немецкий мотоцикл, через три секунды улица пустеет, ворота закрываются и у замочных скважин происходит сражение, чтобы «посмотреть». Париж «борется».

«Се суар» пишет, что в пятнадцать часов немцы использовали танки, чтобы атаковать ратушу и префектуру полиции, но были отбиты, что Париж «ощетинился баррикадами», что на площади Республики и на бульваре Бон-Нувель идут бои «с применением легкой артиллерии». Кукареку-у-у-у-у. Я в четыре часа нахожусь на площади Вольтера, в километре от площади Республики, и вижу, как толпа внезапно разбегается по дворам. Проезжают немцы, бросают на всякий случай две гранаты, взрывающиеся с таким грохотом, что через три минуты после взрыва никто не осмеливается высунуть нос.

Ближе к вечеру мы выходим гулять. У домов, неизвестно откуда, продают салат и редиску. Мы покупаем про запас. Прячемся на некоторое время в ближайшей булочной, потому что по улице проезжает немецкий мотоцикл, стреляя во все стороны. И немцы боятся, и люди боятся, все боятся.

Судя по вечерним сообщениям, в Варшаве идут ожесточенные бои. Повстанцы захватили телефонную станцию с помощью огнеметов, отбитых у немцев. Кроме того, они начали производить собственные минометы, снаряды и бронетехнику. Один бронетранспортер уже готов, и броня выдержала. Надо всю Польшу переправить в Америку, и через пятьдесят лет Америка станет польской. И великой. И на этом фоне «Париж борется». А ты, мир, уссысь от восхищения France éternellement héroïque et insoumise[889].

Немцы перебросили войска из Италии на юг Франции. Наверное, опять интуитивный план капрала… Жаркая ночь. На улице прозвучали два (дословно: два) выстрела. Париж борется. Paris conquiert sa liberté par les armes. Кёниг назначен военным комендантом Парижа. Кукареку-у-у-у-у.