«С тех пор, — записал в дневнике Олег Иванович, — прошел год. Юра в театре пообтесался, однако с Покровским все время в споре. Долго его убеждал в необходимости поставить „Бедную Лизу“. Саша Боровский сделал красивый макет, в котором есть две лодки. „Они в наше бомбоубежище не влезут, и не надейтесь!“ — кричал на них Борис Александрович и макет не принял. Тем не менее Юра с Сашей ночью (а была зима!) отправились в Парк Горького, дали сторожу трешку и проникли на склад лодок. Выкопали из-под снега, наняли машину, погрузили. Утром Покровский пришел в театр и увидел, что прохода нет — все перегорожено лодками, веслами. К тому же вонь от них — как от общественного сортира. Отдать ему должное, Юрин шеф оценил эту настырность и распорядился оставить… одну лодку».

У Покровского Юрий Борисов проработал около десяти лет. Поставил несколько музыкальных спектаклей, в их числе оперы «Игра на воде» Бенджамина Бриттена, «Бедная Лиза» Леонида Десятникова, «Дневник сумасшедшего» (по повести Лу Синя) Владимира Кобекина, вокально-симфоническую поэму Валерия Гаврилина «Военные письма», его же цикл «Альбомчик», «Метаморфозы» Овидия на музыку Г. Ф. Генделя, И. С. Баха, В. А. Моцарта, сценическую композицию «DSCH — играем Шостаковича».

«Покровский, кажется, был доволен, — вспоминал Олег Иванович. — „Многовато фантазии у вашего сына“, — говорил он, почесывая нос. Многовато — не маловато!..»

Дипломной работой Юрия Борисова стала постановка камерной оперы Леонида Десятникова «Бедная Лиза» в 1980 году в театре Бориса Покровского. Потом он работал в Московском театре оперетты, с 1991 года — в «Антрепризе Олега Борисова», до последнего дня — на радиостанции «Говорит Москва» с передачами «Беседы с Юрием Борисовым» — о выдающихся музыкантах и артистах. Он написал несколько книг и сделал несколько проектов на телевидении — фильмы-спектакли «Лебединая песня», «Репетиция Пушкина», снял художественный фильм «Мне скучно, бес», который стал последней работой в кино Олега Борисова.

Юра обладал массой талантов, у него была способность придумывать новые идеи, помогать и знакомить. Он занимал большое место в жизни целого круга людей искусства. «Это ужасно неожиданная и огромная для меня потеря, — говорил Леонид Десятников. — Мы давно с Юрой знакомы, в молодости дружили, вместе учились, он на курс младше меня был. Он был судьбой изначально поставлен в очень сложные условия, потому что он был сыном великого артиста. Я, безусловно, ему очень многим обязан, потому что он инициировал постановку моей оперы „Бедная Лиза“ в театре Покровского. Для меня это был огромный скачок в социальном плане. По своему складу, застенчивости, интровертности Юра не очень был склонен к работе в театре, в театральной режиссуре. И на этой ниве он не снискал существенных лавров. Конечно, его природа — это уединение, монастырский затвор в тиши кабинета. И на этом поле он, я считаю, создал шедевр — книгу, которая в музыкальной мемуаристике стоит особняком. Это книга „По направлению к Рихтеру“».