Когда я вернулся, Соня уже отошла от игрального стола и ждала меня возле голубой ели в большой кадке.

– Спасибо, – сказала Соня, поднесла ко рту фужер и тут же, улыбнувшись, выплеснула алкоголь в бадью с елью.

– Ладно, милый, – кивнула она, – на сегодня хватит. Можешь не волноваться за моё реноме.

– А зачем ты это делала? – спросил я.

– В печати и по телевидению уверяют, что алкоголизм наследуется, а я время от времени это проверяю… особенно с тех пор, как окончательно утвердилась в том, что мне обязательно нужно родить девочку.

– Мда… Хорошая идея!

Она не обратила на моё восклицание никакого внимания. Заметно качнувшись, Соня выпрямилась и продолжила уже совершенно другим тоном:

– О, чёрт, кажется, я всё-таки набралась. Как я выгляжу?

– Фройляйн из династии Гогенцоллернов, чуть утомлённая от бала.

Соня потянулась к растрепавшейся прическе.

– Мои волосы меня перестали слушаться. Я вернусь через минутку. Подожди меня, надо ещё подкрепиться крепким кофе, чтобы моё аристократическое тело мне беспрекословно подчинялось.

Она взяла меня за запястье и посмотрела на циферблат наручных часов.

– Господи, да уже пора завтракать!..

Когда она вернулась, мы спустились в лифте, вышли на стоянку и забрались в машину.

– Где ты хочешь пить кофе? – поинтересовался я.

Она на миг призадумалась. Потом сказала:

– Где пить кофе, как не дома? Ты сам прекрасно помнишь мои слабости!

– Хорошая идея! Тем более, что ты, по-моему, одета для пикника. У тебя такое фантастическое платье!

Соня устало привалилась ко мне.

– Ты только и делаешь, что восхищаешься моим платьем, – Страсть, как хочу домой!