– Чёрт побери, ну хоть на что-то нужно полагаться в этой жизни, на какие-то вечные ценности – нравственные и духовные.

Соня испытующе заглянула в мои глаза, затем зажгла сигарету и, удобно усевшись в кресло, неспешно заговорила:

– Давай ближе к делу… С некоторых пор меня очень беспокоит один человек, Рудольф. Он работает в сфере антиквариата, и я его очень боюсь. Я бы ни за что не согласилась остаться с ним наедине – от него веет угрозой опасности…

Соня нахмурилась.

– Не знаю даже, что сказать… Какое-то шестое чувство подсказывает, что он чем-то сродни тебе. И твоему Сансанычу. Даже так: у него тоже должны быть шрамы от пулевых ранений. Будь с ним поосторожнее, тем более, что скоро увидишь его.

Она снова прикоснулась к моей руке.

– Видишь, всё-таки я немножко тебе подыгрываю, да?

X. Антиквар и другие

X. Антиквар и другие

«Аn courant detout»[89]

Закончив ужин, мы навестили некоторые игорные заведения. У Сони появилась новая страсть: она стала обожать рулетку, что было в самый раз для моей простецкой натуры. Я никогда не понимал игроков, предпочитающих более сложные способы избавления от лишних денег. Кстати, я вообще не умею извлекать удовольствия из игр, в которых математическая вероятность выигрыша явно не в мою пользу, – а это почти все азартные игры. Правда, за компанию тамошней ночью я сыграл в рулетку, чтобы убедиться, что нынче уж точно не стану миллионером.

Её выигрыши меня, конечно, не волновали, хотя ей несказанно везло. Но неумеренное потребление спиртного меня стало раздражать. Меня так и подмывало сказать Соне, чтобы она не увлекалась крепкими напитками, но чутьё подсказывало, что она только и ждет удобного случая, чтобы напуститься на меня: я, мол, не ее строгий муж, и нечего совать нос в чужие дела. Я не раскрывал рта и старался пить в два раза меньше, чтобы хотя бы один из нас сумел найти обратную дорогу, когда придет время. Впрочем, до этого ещё явно было далеко.

– Рудольф! – вдруг позвала она, когда уже забрезжил рассвет.

– Что, моя радость?

– Там, у колонны…Невысокий мужчина в темном костюме. Так и думала, что нарвёмся на него, если будем так долго здесь околачиваться.

Я не стал торопиться. Небрежно подхватил ее белую сумочку, достал из нее сигарету и серебряную зажигалку с инициалами «С. Ш.» – Соня Шерманн. Закурил, потом вынул сигарету изо рта и поднес к губам Сони.

– Спасибо, милый, – сказала она. – Ты видишь его?

Я успел разглядеть его через зеркальце на отвороте сумочки.

– Да.

– Это он.