И уверяю вас, это очень важно, ведь зритель, мало-мальски внимательный, замечает не только наше дарование или бездарность, но и голос, манеры, жесты и платье. Замечает и запоминает! Если Смирнов-Сокольский выходил на сцену в бархатной блузе, а его предшественник Сергей Сокольский — в рванине, то поменяйся они костюмами, зритель не принял бы их.

А мне, скажем, был свойствен фрак! И знаете, насколько? В 1958 году я, как бы прощаясь со сценой, играл в Московском театре эстрады водевиль Коростылева «Переодетый жених». Для моей роли Зрителя из прошлого века (каковым я, в сущности, и являюсь!) мне нужен был фрак. Хорошего материала мастерская не находила. И вот однажды во время репетиции меня вызвали в костюмерную — кто-то принес в театр продавать свой фрак. Отнесся я к этому скептически: никогда не носил ничего готового.

Поздоровался с продавцом, надел фрак, подошел к зеркалу — будто на меня сшит! И тут хозяин фрака закричал:

— Ой! Алексеев! Я вас по Петербургу помню!

Видите, не меня, фрак узнал! А через него и меня! Ибо фрак — моя униформа, фрак был неотъемлемой частью меня, а я — фрака.

Да разве во фраке дело? Спросите старых артистов оперы, драмы, эстрады (не фрачников), носят ли они в жизни свой концертный костюм, свою униформу? Нет! Даже в самых торжественных случаях!

И как жаль, что нынче молодежь позволяет себе выходить на эстраду, даже в Колонном зале и в Консерватории, буднично и даже неаккуратно, неопрятно одетой…

Еще Стерн, кажется, заметил, что мысли писателя после того, как он побрился, отличаются от тех, которые были у него до бритья… Это в равной мере относится и к артистам и к… зрителям!

И жаль, что публика, наш зритель, так любящий и уважающий театр, тоже часто не приодевается, не прихорашивается, идя в театр, на концерт. Мы немножко совлекли с театра его торжественность, его таинственность, его необыденность, а театральное представление и концерт всегда должны быть праздником и для актера и для зрителя!

Не знаю, как другие, но я лично страдаю, когда артист ли, докладчик ли, лектор, председатель собрания или конферансье выходит на эстраду не в белой сорочке, а в «защитного» (от несвежести?) цвета!

Ну, а если и артисты и зрители хорошо, аккуратно одеты, а все-таки праздник не получается, скучно, кто тогда виноват? Конечно, артисты и главным образом конферансье!

Есть в гостинице «Метрополь» зал с фонтаном. Устроили там концерт врачи кремлевской больницы. Выступали и профессиональные артисты, но главным образом дочери, племянницы и тети врачей — вундеркинды всех возрастов. И я заскучал. Тогда и в зал заползла скука… Тяну, тяну… И наконец получаю записку: «Товарищ Алексеев, почему вы сегодня такой нудный?» Приятно получить такой отзыв, не правда ли? Даже не скучный, а нудный…