— А Рокки был сегодня?

— Ты совсем? Кто этого недоумка туда пустит. Короче, я тебя отмажу. Но придется с верхами решать.

— Так вопрос же решили? Ты две недели назад говорил, что все утряслось.

— Мирра снова за нас взялся. Поэтому я и сорвался на Сонни сегодня. Прямо перед всеми тузами. Сказал ему, мол, ты — говна кусок. Мы все порешали с семьей, с нашим боссом. Этот мудила Тони снова все начал, а ты хвост поджал? Потом я сорвался на капитанов и наговорил лишнего. Ну и меня выгнали из-за стола.

— Так что в итоге с Миррой?

— Он законченный ублюдок, — отрезал Левша. — Чего еще ждать от ебучего сутенера и пидора? Боссы называют его крысой, провокатором и стукачом.

— Кому из нас двоих ты веришь?

— Сколько раз ты бывал в «Сесиль»?

Так назывался диско-бар, в котором Мирра имел долю. Мы с ним частенько заглядывали туда в прежние времена. Я не понимал, к чему клонит Левша и сколько раз мне нужно было оказаться в «Сесиль», чтобы ответ его устроил. Быстро взвесив все варианты, я выбрал нейтральный:

— Пару-тройку раз.

— Он говорит, что ты три или четыре раза стоял там на входе.

— Дружище, всего один раз, — Левша пытался понять, работал ли я на Мирру. Утвердительный ответ оставлял Мирре больше шансов. — Я ни цента не получил за это. Знаешь, как он заплатил? Налил мне бесплатно.

— Когда ты ошивался в «Сесиль», Энтони Мирра уже был посвященным?

— Может быть, но я не уверен.

— Я сказал боссам, что его еще не посвятили в то время, когда он загреб себе «Сесиль», потому что я тогда еще не был женат. Его приняли в семью три с половиной года назад, меня на полгода позже. Если Мирра в тот момент работал вне семьи, у него нет шансов на тебя. Сонни обещал проверить. Он пойдет к Комиссии, они поднимут архивы, ну ты понял. Я сказал, что ты познакомился с Энтони Миррой в моем клубе. Потом я представил тебя Малышу Ники, потому что ты меня очень впечатлил. Прямо так и сказал, они это записали.

Оставалось выяснить, кто же первый взял меня в команду. Факт оставался фактом: с Миррой я познакомился до Левши, хотя последний утверждал, что это он свел меня с Тони. Как бы то ни было, Левша первым пришел к Маранджелло и официально заявил права на меня. Насколько мне было известно, Мирра ни к кому не ходил.

— Чезаре на его стороне, — продолжал Левша. — Он говорит, что каждый вечер видел тебя с Миррой.

— Чезаре вообще не было в «Сесиль». Он меня даже в лицо не знал.

— Донни, ты недооцениваешь Мирру. Он и на меня пасть открывает. Рассказывает всем, что живет в одном доме со мной. Он на шестом, я на восьмом. Говорит, что запросто заглядывает ко мне за кофе, маслом и прочей ерундой, по-соседски. Прямо перед всеми такое говорит! Я ему говорю — мол, Энтони Мирра, если ты покажешься у меня на пороге, я выстрелю не раздумывая, потому что мы с тобой не друзья. И как же я хочу вывести на чистую воду твоего Рокки! Если он соврал, я с ним разберусь. Я предупредил Мирру, что Рокки принадлежит мне. Говорю, мол, если увижу Рокки рядом с тобой в твоей ебучей тачке, то вышибу ему мозги нахуй. А захочешь за него вписаться — тебе тоже пиздец. В клубе полно прослушки, но я не стал молчать. Так и сказал: всажу пару пуль ему промеж глаз. Даже калибр озвучил. Я сегодня весь Бруклин на уши поставил. А что они хотели? На сходняке даже выпивки не было. Ты представляешь, каково это, сидеть четыре с половиной часа с этими занудами?