ЕЛ: Как вы узнали о начале войны?

БК: Мы пришли утром сдавать экзамен.

ЕЛ: По какому предмету?

БК: По неорганической химии. И вдруг что-то тут [все] забегали, засуетились. Мы-то понять не могли. Стоим перед аудиторией, вдруг выходит оттуда преподаватель, который принимал экзамен, и говорит: «Товарищи, экзамены прерываются. Началась война. Сейчас будет выступать Молотов». Ну вот, прослушали мы Молотова[846], это узнали. Днепропетровск, хоть он и на Украине, его в первые дни не бомбили. Так что мы об этом не знали. Его начали бомбить приблизительно через месяц-полтора, довольно сильно. Вот так мы узнали про войну. Но экзамен нам дали всем сдать, окончить, ну, мы практически кончали. И во время этих экзаменов копали щели во дворе института.

ЕЛ: Это на каком курсе вы были?

БК: На первом, я первый только кончил до войны.

ЕЛ: У вас не возникло мысли сразу поехать домой?

БК: Знаете, нет. Как-то мы в начале войны, вот я о себе скажу и моих товарищах, я не знаю, как остальные, вообще не верили, что может быть такая война. Мы понять не могли, как это Гитлер на нас полез. Что он, с ума, что ли, сошел? Мы же видели все эти картины: «Если завтра война», понимаете, там, «Танкисты»[847] и прочее. Первые дни совершенно не понимали, но это первые дни. Можно сказать, до выступления Сталина[848], даже раньше. Мы начали понимать, когда уже пошли сводки, какие мы оставляем [территории], эти самые. Потом начали появляться раненые. Ну, те уже начали рассказывать, по-настоящему что делается. Вот так мы, собственно, и вступили в эту войну.

ЕЛ: Что было дальше?

БК: Дальше, значит, бабушка в то время жила в Днепропетровске на квартире своего старшего сына. Старший сын был в армии, и вся его семья, они из Гродно были, там он майором был. И она одна там жила. И началась эвакуация. Значит, мы с ней пошли, взяли там пару чемоданов, узлы, и в вагон. Это было, если не ошибаюсь, в июле или в августе [1941 года], в самом начале. Сели в вагон, поехали через огромный мост Днепропетровский, отъехали мы [после моста] километров 40, и начали рассказывать, что этот мост практически разбили самолеты. Мы одни из последних выскочили. Ехали мы долго до Ставрополя, с месяц. По дороге нас собрались отправить куда-то в Краснодарский край. Но мы вылезли из вагона, поскольку мы не просто эвакуированные, а ехали на вполне определенное место. И доехали до своих в Ставрополь.