По всей вероятности, Палей общался с Высоцким лишь однажды, во время поездки того по Восточной Сибири. Подтверждением этому являются и фотографии, где он снят рядом с Высоцким, и факты, приводимые им в своей «Повести». (Воспоминания Л. Мончинского опубликованы на несколько лет позже, так что Палей явно пользовался своими впечатлениями.) Пожалуй, рассказ о поездке Высоцкого в Сибирь – единственное достоверное место.

Понятно, что автора интересует прежде всего Высоцкий, чем и объясняется «бывший солдат, бывший политззек, бывший старатель». Безусловно, «случай Палея» типичен для эмиграции, когда практически каждый «изгнанник» смело переосмысливал собственную биографию, исходя из своих вкусов и интересов. Нечто подобное могло быть и в Союзе. Вспомним эпизод из «Наших» Довлатова. Борис – брат Довлатова – после очередного прыжка в бездну заново выстраивает жизнь. Он трудится на «Ленфильме», уверенно, через ступеньку поднимаясь по служебной лестнице. Но тень неблагополучия постепенно накрывает его:

Мой брат по-прежнему делал карьеру. Произносил на собраниях речи. Ездил в командировки. Но параллельно стал выпивать. И ухаживать за женщинами. Причем с неожиданным энтузиазмом. Его стали замечать в подозрительных компаниях. Его окружали пьяницы, фарцовщики, какие-то неясные ветераны Халхин-Гола.

Мой брат по-прежнему делал карьеру. Произносил на собраниях речи. Ездил в командировки. Но параллельно стал выпивать. И ухаживать за женщинами. Причем с неожиданным энтузиазмом.

Его стали замечать в подозрительных компаниях. Его окружали пьяницы, фарцовщики, какие-то неясные ветераны Халхин-Гола.

Разница в масштабах. В Ленинграде «ветеран Халхин-Гола» мог рассчитывать в лучшем случае на бесплатное угощение. В Америке «ветеран финской войны» претендовал на статус издателя. И крупного, иных масштабов в эмиграции не предполагалось, общественного деятеля. Довлатов хорошо понимал ситуацию и этих людей, они персонажи его книг. В ответ на цитированное выше письмо Ефимова, в котором он описывает свои впечатления от фильма, посвященного Высоцкому, Довлатов 24 ноября 1982 года пишет:

Палея я знаю мало, видел два раза. К радио он отношения не имеет, там действовали Эмик и Юлик, два опереточных проходимца. Палей – один из «ближайших друзей Высоцкого», куда входят М. Сорокин, П. Леонидов и еще какой-то Валерий. Я их прозвал «Дети лейтенанта Шмидта».

Палея я знаю мало, видел два раза. К радио он отношения не имеет, там действовали Эмик и Юлик, два опереточных проходимца. Палей – один из «ближайших друзей Высоцкого», куда входят М. Сорокин, П. Леонидов и еще какой-то Валерий. Я их прозвал «Дети лейтенанта Шмидта».