В июне 1976 года Лема пригласили на Еврокон в Познань, которую неутомимый Хрущевский старательно превращал в один из центров европейской фантастики. Лем должен был стать там одной из главных фигур, но, как назло, ему срочно понадобилась операция на простате. По той же причине Лему не удалось лично получить государственную награду первой степени – ее выслали ему на дом (что интересно, на присуждение его выдвинули такие разные люди, как Щепаньский и Жукровский[920]). Лем не очень доверял врачам, а потому обратился к своему западногерманскому агенту Вольфгангу Тадевальду с просьбой прислать медицинскую литературу о простатите, изданную не позже прошлого года[921]. В итоге согласился лечь под скальпель. «Операцию провели самой современной техникой, – написал 23 июня в дневнике Щепаньский, посетивший товарища в катовицкой клинике, – но в больнице не работают раковины и никто не чистит унитазов. У них нет простейших лекарств. Я обегал весь город, чтобы раздобыть бутылочку парафинового масла»[922].

Не успел Лем вернуться в Краков, как начались послеоперационные осложнения, из-за чего пришлось срочно доставлять его обратно в Катовице, поскольку краковские врачи не взялись исправлять дело рук силезских коллег. Жена с сыном, отдыхавшие тогда в Доме писателей на балтийском побережье, срочно приехали домой, причем добирались через всю страну на такси, ибо не нашлось билетов ни на поезд, ни на самолет[923].

Все это происходило в момент нового общественного потрясения, вызванного, конечно же, резким (на 70 %) повышением цен. Герек учел ошибку Гомулки и прибегнул к этой мере не в преддверии Рождества, а в конце июня, когда не только не ожидалось праздников, но и масса людей выехала в отпуска. Кроме того, на всякий случай призвали на военные сборы многих диссидентов. Народ готовили к непопулярной мере с начала месяца, когда пресса наполнилась статьями о безработице в капиталистических странах и о росте цен на продовольствие во всем миру. Эффектом стала лихорадочная скупка населением продуктов питания[924].

24 июня 1976 года в Сейме выступил премьер Ярошевич, предложивший депутатам принять проект «некоторых изменений в структуре цен» (слово «повышение» не прозвучало ни разу). Вслед за ним на трибуну поднялся глава фракции ПОРП Эдвард Бабюх и от имени всех партий поддержал проект, но предложил провести на предприятиях и в учреждениях консультации с коллективами на предмет лучшего внедрения «изменений». После чего Сейм, естественно, утвердил все предложения[925]. Учитывая, что все происходило в четверг, на «консультации» отводились всего три дня, включая воскресенье.