Светлый фон

– Нет, – ответила медсестра. – Он умирает. Мы его трогать не собираемся.

– Вы же не хотите, чтобы ваш пациент захлебнулся, верно?

– Мы не станем откачивать жидкость. У него СПИД. Это пустая трата времени.

– Знаете что? – сказала я. – Почему бы вам тогда не вызвать Легочную фею, чтобы она принесла с собой набор для откачивания жидкости и оставила его где-то на видном месте. Тогда я все сделаю сама.

Мои слова донеслись до медсестры, стоявшей чуть поодаль. Она оставила набор для выведения жидкости из легких прямо у палаты Мисти.

Я сказала Мисти, что сейчас выкачаю жидкость из ее легких.

– Процедура не сама приятная, но зато тебе станет легче дышать.

Повязав полотенце вокруг шеи Мисти, я попросила парней выйти из палаты – видеть процесс выкачивания жидкости им было совершенно ни к чему.

В детстве я точно так же помогала отцу. С какими только испытаниями мне не пришлось столкнуться в юном возрасте!

Я ввела трубку в легкое Мисти. Запах у жидкости был такой, что меня начало тошнить. Да так сильно, что из глаз потекли слезы и я боялась открыть рот, чтобы меня не вырвало.

Мы устроили небольшую передышку, и я выбежала из палаты в коридор, чтобы подышать. Увидев меня, друзья Мисти расплакались.

– О боже! – сказал один из них. – Она умерла.

умерла

Я боялась, что, если начну говорить, меня вырвет, поэтому замахала руками, показывая, что они ошиблись. Наконец я почувствовала, что снова могу говорить.

– Нет, она не умерла. Меня тошнит из-за выкачанной жидкости.

– А, – невозмутимо протянул второй парень. – Понятно.

Я вернулась в палату, чтобы выкачать остатки жидкости, и в конце концов снова выбежала в коридор. А они снова устроили свой спектакль с воплями о том, что Мисти умерла. Я пристально посмотрела на них и снова покачала головой.

они

– О, – сказал невозмутимый парень. – Хорошо.

Теперь Мисти могла говорить, хоть из ее горла иногда и вырывалось бульканье. Она все равно хотела поговорить с матерью. Мы позвонили ей, и я оставила сообщение на автоответчике. Затем мы снова позвонили, и я снова оставила сообщение. Мы звонили и звонили. И я подумала: «Что ж, значит, так тому и быть. Она должна узнать всю правду».