Целью ныне формирующегося правительства является продолжение войны на стороне союзников, освобождение России от большевистской тирании и восстановление демократической системы. Представители союзников в России обещали свою поддержку, и на данный момент для союзных правительств жизненно важно сохранять тесные связи с антибольшевистской и антигерманской Россией. Более того, необходимо решить, каким образом русская нация сможет внести наилучший вклад в военные операции Тройственного союза. Но подобный вклад возможен лишь в том случае, если союзники де-факто признают новое правительство и если представители союзников в России будут действовать сообща.

Я допускал, что Ллойд-Джордж может быть не вполне осведомлен о быстро развивающихся событиях в России и о политике тамошних британских и французских представителей. Мое впечатление подтверждалось многочисленными вопросами, заданными мне британским премьер-министром; я отвечал на них откровенно и подробно.

Наступил момент, когда Ллойд-Дкордж должен был отправляться в палату общин, и он распрощался, не высказав личного мнения о том, что я сообщил ему. Он предложил мне как можно скорее встретиться с военным министром его правительства лордом Мильнером, а затем неожиданно добавил, будто эта мысль только что посетила его:

– Через несколько дней я отправляюсь в Париж на совещание Верховного совета союзников в Версале. Почему бы вам не поехать со мной? Вы получите приглашение в Версаль.

В тот же день, произнося речь в палате общин, Ллойд-Дкордж помимо прочего упомянул, что утром лично получил благоприятные известия из России.

Дом 10 по Даунинг-стрит мы покинули в хорошем настроении и с ощущением успеха. Моя миссия началась превосходно – всего через несколько дней вся «Большая пятерка» получит из первых рук отчет о ситуации в России.

Стояло чудесное солнечное утро. Мы решили пройтись пешком, и по дороге я заглянул в русское посольство и попросил Набокова как можно скорее сделать для меня паспорт, поскольку я прибыл в Англию без каких-либо документов и не имел удостоверения личности для поездок за пределы Британских островов. Набоков иронически поздравил меня с неожиданным оборотом событий и пообещал назавтра же выдать мне дипломатический паспорт. Вернувшись в дом Гавронского, я обнаружил телефонограмму о том, что лорд Мильнер примет меня в 6 часов тем же вечером.

У меня возникло ощущение, что, посылая меня к военному министру, Ллойд-Джордж намеревался оказать косвенное влияние на военную политику моей страны. Катастрофические плоды этой политики пришлось пожинать уже во время корниловской авантюры, но у меня не было ни желания, ни права говорить об этих трагических событиях с лордом Мильнером. В конце концов, меня послали с конкретной целью политические организации, стремившиеся объединить все силы ради спасения отечества.