* * *
Увязнув в разработке двух доктрин, «России Вечной» и «Судьбы бытия», Мамлеев как создатель художественной прозы отнял у себя целое десятилетие, лишь периодически публикуя небольшие рассказы. Их у Юрия Витальевича за 1990-е накопилось полторы сотни страничек, которые в 1999 году вместе с «Американскими рассказами» и «Центральным циклом» составили книжку «Черное зеркало». В новый цикл, получивший название «Конец века», вошли девятнадцать текстов, в которых Мамлеев отправляет своих шатунов выживать в новых рыночных условиях.
«Шел 1994-й год. Зарплату в этом небольшом, но шумном учреждении выдавали гробами»[387] – таков характерный для «Конца века» зачин рассказа «Валюта». По начальным строкам можно подумать, будто это сатирическое произведение. Таковым оно и является.
В России 1994 года зарплату выдают либо чайниками, либо гробами. Гробы считаются твердой международной валютой, потому что люди умирают во всем мире. Служащие неназванного учреждения обнаруживают, что гробы им стали выдавать подержанные вместо новеньких, но начальство уверяет, будто все честно, ибо у них демократия. И так далее и тому подобное – одну незамысловатую метафору Мамлеев разворачивает до размеров фельетона, в конце которого дух старика является, чтобы отнять гроб, которым выдали зарплату главному герою. Пожалуй, меньше всего ожидаешь от большого писателя-метафизика столь плоского изображения новой действительности. «Валюта», написанная с интонациями умудренного человека, видящего самую суть вещей, на деле оказывается рассказом чудовищно неловким, а его сюжет изложен языком журнала «Крокодил», переживающего не лучшие свои годы:
Соня показала глазами на гроб, стоящий около обеденного стола. – Его бы хорошо тоже поскорей сбагрить, – продолжала Соня, попивая чай. – Неприятно, правда. Может быть, покойник был какой-нибудь раковый или холерный. Завтра выходной – снеси-ка на базар втихую, незаметно. Хоть на кусок мяса сменяй. – Да куда ж я его попру на базар?! – рассердился Сучков и даже стукнул кулаком по тарелке. – Что я тебе, новый русский, что ли, все время торговать и барышничать?![388]