– Слушаю, Николай Григорьевич.

И помчался. По дороге чуть не сшиб двух собранских с блюдами. В два прыжка взлетел на второй этаж в канцелярию, ворвался в адъютантский кабинет, схватил телеграмму и таким же аллюром спорхнул вниз в дежурную комнату. Навстречу ему поднялся со стула неопределенного вида седоватый господин в пенсне.

– Вы корреспондент «Нового времени»? Очень рад! Подпоручик Ильин. – Горячее рукопожатие. – Сегодня полковой праздник. Не хотите ли позавтракать? Не хотите? А то позавтракали бы… Отличный завтрак, с вином… Я сейчас велю подать! Ну, как хотите… Вам царскую телеграмму? Я сейчас вам продиктую. Присядьте, пожалуйста. Бумаги и чернил? Ах, у вас все с собою, сию минуту!..

Ильин развернул телеграмму и стал читать про себя. Телеграмма была в две с половиной строчки: «Поздравляю лейб-гвардии Семеновский полк с полковым праздником точка Уверен что потомки Петровских потешных полков всегда и всюду окажутся достойными своих славных предков Николай».

Как дежурный, Ильин на параде не был, чтения телеграммы не слышал, а только из окон собрания слушал музыку и «ура!».

Сейчас он в первый раз читал царскую телеграмму. Читал… и глазам своим не верил… Нет, этого быть не может! Такой холодной, сухой и официальной телеграммы добрый государь своему Семеновскому полку послать не мог! Единственное объяснение: случайно подмахнул не читая… В тех случаях, когда он лично поздравлял, он говорил совсем в других тонах… Когда завтра, на свободе телеграмму хорошенько прочтут все в полку, будет горькая обида… Да и все люди, во всей России, которые уважают и гордятся Семеновским полком, будут оскорблены до глубины души…

А Ильин в эту минуту сам был слишком счастлив, чтобы позволить, чтобы кто-нибудь во всем свете был огорчен или обижен. Необходимо было спасти положение. Что бы это ни было, упущение, недосмотр или злостная интрига, публиковать телеграмму так, как она была написана, было совершенно немыслимо. Ильин задумался. В глубине его души зрело важное решение.

– Вы хотели продиктовать телеграмму…

– Да, да, сейчас, сию минуту. Вы готовы? Пишите, пожалуйста: «Сердечно поздравляю дорогой мне лейб-гвардии… написали? – Семеновский полк со счастливым днем их полкового праздника точка Глубоко уверен запятая, что доблестные потомки Петровских потешных… написали? – полков всегда, всюду и везде, нет, зачеркните «везде»… всегда и всюду окажутся достойными… написали? – достойными своих славных предков Николай».

В голове у Ильина промелькнуло, что для теплоты хорошо было бы прибавить еще «душою с вами»… но решил, что не нужно. И так, как было, получалось уже совсем прилично. На телеграмму в таком виде невозможно было обидеться.