Если «По ту сторону принципа удовольствия» считать попыткой Фрейда «проработать» свои навязчивые суеверия и разобраться с проблемой смерти, то это письмо свидетельствует, что «терапия» удалась. Лишь слабый намек на суеверие может быть замечен в мыслях о смерти, появившихся после мартовского отъезда сына. Но при этом мы можем ясно видеть всю меру беспристрастной отстраненности, с какой Фрейд отнесся к этим мыслям. Эта отстраненность распространилась и на его «умствование» из «По ту сторону принципа удовольствия».

Часть третья Болезнь и смерть

Часть третья

Болезнь и смерть

Глава 13 1923: операция по удалению раковой опухоли

Глава 13

1923: операция по удалению раковой опухоли

Вторую половину 1922 г. Фрейд посвятил главной работе, в рамках которой пытался осмыслить новую теорию о трех «областях» психики: «Оно», «Я» и «Сверх-Я» и объединить ее с теорией инстинктивных влечений, сформулированной в «По ту сторону принципа удовольствия». Также он пытался сформулировать в метапсихологических терминах свои взгляды на значение страха смерти. Книга была опубликована в апреле 1923 г., роковом для Фрейда месяце, когда у него обнаружили рак.

Предшествовавшие первой операции события, сама операция и все произошедшее в последующие месяцы были детально описаны Э. Джонсом, Ф. Дойчем и особенно Г. Пихлером, который в 1923–1938 гг. вел записи, отражавшие ход лечения Фрейда. Во время наших первых встреч Фрейд сам рассказывал о тех событиях. Многие его письма служат важным источником дополнительной информации.

Сверх того, многие аспекты тех трагических месяцев стали понятнее мне в свете впечатлений, приобретенных в годы, когда Фрейд находился под моим наблюдением (1928–1939 гг.). Позже я смог разобраться во всем еще глубже благодаря изучению переписки с Флиссом, о которой тогда, к сожалению, мне было ничего не известно.

Я попытаюсь обобщить факты из всех доступных источников информации. И если эта попытка покажется недостаточно беспристрастной и объективной, то это обусловлено спецификой имеющихся фактов, а не эмоциями, которые они во мне пробудили.

Известно, что Фрейд был не только заядлым курильщиком сигар, но, по его собственному признанию, зависел от никотина или, по крайней мере, от сигарного дыма. Он понимал опасность этого, но мог некоторое время воздерживаться от курения, лишь когда сильнее всего страдал от сердечной болезни. Он знал и то, что имеет определенную склонность к лейкоплакии, которая часто возникает у привычных курильщиков, однако перспектива навсегда отказаться от табака его страшила. Вопреки тому, что говорит Дойч, Фрейд более всего опасался своих сердечных симптомов – временами даже отказываясь из-за их усиления от сигар, – чем всех прочих болезненных состояний. Я уже упоминал о ситуации ноября 1917 г., когда, истощив свои запасы сигар, Фрейд внезапно обнаружил у себя странную болячку на нёбе и сообщил Ференци, что она заставила его поволноваться. Потом, когда он вновь получил возможность курить, она пропала. 25 апреля 1923 г. Фрейд писал Джонсу: