С тех пор началась трагическая цепь недомолвок, которая имела далеко идущие последствия.

Штейнер, очевидно, распознал болезнь, поскольку предложил удалить новообразование, но сказал Фрейду, что это всего лишь лейкоплакия. По данным Дойча, Штейнер порекомендовал Фрейду бросить курить – совет прозвучал веско, но не к месту. Судя по моим наблюдениям, такой отказ пугал Фрейда куда больше, чем даже операция.

Фрейд, как следует из его письма к Джонсу, справедливо считал свою опухоль эпителиомой. Когда Дойч наведался к нему на той же неделе, под конец их беседы Фрейд попросил осмотреть себя, добавив: «Возможно, вам не понравится то, что вы увидите». К тому времени Фрейд, похоже, всецело отдавал себе отчет о возможных реакциях людей на его болезнь.

«С первого взгляда» Дойч понял, что у Фрейда рак. Очевидно (и многие считают именно так), он был шокирован увиденным, но, подумав, объявил о наличии «плохой лейкоплакии», вызванной курением, и предложил операцию. Фрейд рассказал Дойчу о мнении и совете Штейнера и поделился своим огорчением, вызванным настоятельным требованием последнего бросить курить. Фактически это было единственное, что, по крайней мере на сознательном уровне, беспокоило Фрейда в первую очередь.

Далее Фрейд упомянул о своих опасениях по поводу того, что операцию будет делать профессор Маркус Гаек (который в конечном итоге ее и провел). Он лично знал этого человека, их отношения с Фрейдом были непростыми. Решение о выборе хирурга не было принято, все осталось на усмотрение Фрейда.

Последующие дни напоминали спектакль театра абсурда. Дойч настаивал по телефону, чтобы Фрейд не откладывал консультацию с хирургом. Фрейд, очевидно, воспринял это в качестве косвенного подтверждения справедливости диагноза, подразумевавшегося Штейнером и Дойчем. Тогда он пошел на операцию именно к тому врачу, о котором прежде не желал и слышать. Профессор Гаек получил свое звание в знак признания ценности его исследований патологии носовых пазух и являлся автором нескольких известных учебников, однако, по общему признанию, хирургом он был довольно посредственным[285]. Безусловно, он не обладал достаточной квалификацией, чтобы оперировать злокачественные опухоли с резекцией верхней челюсти. Проведение процедуры такого рода уже тогда находилось в ведении хирургов. Во время Первой мировой войны в Венской хирургической клинике было организовано специальное отделение челюстно-лицевой хирургии под руководством Ганса Пихлера, который позже и провел необходимую Фрейду радикальную операцию.