И наконец, какую цель преследуют эти страстные стремления принизить науку? Несмотря на ее нынешнее несовершенство и трудности, она остается необходимой для нас и ее нельзя заменить ничем иным. Она способна на невиданные деяния, тогда как религиозное мировоззрение не в состоянии решить подобных задач. Оно уже завершено во всех своих основных частях; если оно было заблуждением, то и останется им навсегда. Никакое принижение науки не может отвергнуть того факта, что она пытается уменьшить нашу зависимость от внешнего мира, в то время как религия является иллюзией и черпает свои силы в том, что с готовностью идет навстречу нашим инстинктивным влечениям».
Утверждение Фрейда о том, что «коренное изменение социального порядка имеет мало шансов на успех до тех пор, пока новые открытия не увеличат нашу власть над силами природы и тем самым не облегчат удовлетворение наших потребностей», сейчас, в атомный век, звучит поистине пророчески. Несомненно, Фрейд был знаком с некоторыми исследованиями, которые проводил Эйнштейн. Это видно из писем, которыми обменивались Фрейд и Мари Бонапарт. 20 октября 1932 г. она сообщала:
«Здесь [в Копенгагене] я познакомилась с Нильсом Бором, который, как Вам известно, является одним из выдающихся физиков нашего времени. Тем не менее я не смогла принять определенные положения теорий, которые он нам объяснял, особенно «свободу воли» атома. Мне было приятно услышать его слова о том, что и Эйнштейн возражал ему, сказав: «Не могу вообразить, чтобы Господь Бог играл в кости». Планк (основоположник квантовой теории), похоже, также с ним не согласен, говоря, что, возможно, из-за недостатка понимания всех действующих факторов мы и не можем пока предсказать, куда направится атом.
Я удалилась с впечатлением, что в этих атомных теориях пытается найти себе прибежище «свобода воли». Похожим образом рассуждали и метафизики, которыми столь часто становились древнегреческие физики. Современные физики – такие же неизменные метафизики[340]. Эдипов комплекс тут менее вероятен».
Фрейд ответил ей 22 октября 1932 г., закончив свои «Новые лекции по введению в психоанализ». Его комментарии были кратки, но выразительны:
«То, что Вы рассказали мне о величайших физиках, поистине замечательно. Отсюда начинается ломка сегодняшнего
Летом 1932 г., еще до окончания «Новых лекций по введению в психоанализ», Фрейд обменялся письмами с Альбертом Эйнштейном по проблеме причин возникновения войны. Фрейд вновь высказал свой взгляд на постепенное развитие культуры, на основания и грядущие следствия этого явления. Особое внимание он уделил множеству причин, по которым так трудно избежать войны, а также причинам, которые побуждают множество людей самым решительным образом протестовать против войн. Он еще надеялся, что войны можно предотвращать.