В 1974 году в серии «Мастера советского кино» вышел сборник «Эльдар Рязанов», но собственно рязановских текстов там не было. Был огромный очерк Неи Зоркой о рязановском творчестве, а также рассказы о Рязанове работавших с ним актеров и других кинематографистов.
Первая же книжка, полностью написанная Эльдаром Рязановым лично, вышла лишь в 1977 году. Она называлась «Эти несерьезные, несерьезные фильмы» (издательство «Бюро пропаганды советского киноискусства») и содержала несколько автобиографических новелл автора о его работе в кино. В том же году вышла чуть более толстая книга Рязанова «Грустное лицо комедии» (издательство «Молодая гвардия»), вместившая несколько других новелл аналогичной тематики.
Вскоре после этого Рязанов получил не на шутку взволновавшее его письмо:
«Дорогой Эльдар Александрович, прочел Ваше „Грустное лицо комедии“, книгу, по-моему, очень хорошую, и захотелось сказать Вам то, что как-то все не приходилось сказать, — хоть мы и соседи, — что я видел все Ваши фильмы (кроме „Девушки без адреса“) и люблю их, и, судя по сказанному в Вашей книге, больше люблю те из них, которые больше любите Вы. Вот, собственно, и почти все. Кроме того, — Вы делаете дело, которого я совершенно не умею делать, что в то же время не мешает мне чувствовать себя Вашим единомышленником в чем-то очень, особенно важном для Вас, для меня и для очень многих других людей, важном прежде всего в жизни, а затем уже и в наших профессиях.
От души желаю Вам всего самого доброго.
Уважающий Вас
Константин Симонов
Симонов и Рязанов были соседями по даче в Пахре, кивали друг другу при встрече, но никогда не разговаривали. Эльдар Александрович был уверен, что Константин Михайлович не узнавал в соседе-режиссере того паренька, который некогда приносил ему тетрадку со своими незрелыми виршами. А напомнить об этом все как-то не было случая — гордый Рязанов не хотел навязываться в собеседники, а тем более в приятели живому литературному классику. На симоновское письмо он немедленно ответил посланием с горячими благодарностями, но личного разговора так никогда и не случилось. В 1979 году Симонов скончался.
Через какое-то время после его смерти Рязанов случайно узнал, что полученное им от Симонова письмо представляет собой копию, сделанную на ксероксе, тогда как оригинал остался в архиве. Это неприятно поразило режиссера. «Какая же забота о вечности! Какая сосредоточенность на бессмертии! Какого же он был мнения о каждом своем шаге, если так старался сохранить его для истории! Я уж не говорю о том, что он ни в грош не ставил меня, будучи, очевидно, убежденным, что я не сохраню его послания, вышвырну вон», — напишет Рязанов в одном из позднейших изданий своих мемуаров.