Биографии и МемуарыГрезы президента. Из личных дневников академика С. И. Вавиловастр 355
Светлый фон
«„Я“ – давно понял его фиктивность, его вспомогательную сущность в природной машине»

Человек, живое, сознание, душа, «Я» – лишь инструменты бездушной природы или жестокого бога. «Единственная „мистика“ жизни – таинственная эволюция, в которой приходится играть роль кирпича, укладываемого чужими руками» (25 апреля 1943). «„Сознание“ – орудие производства, вовсе не для меня предназначенное, а только меня использующее ‹…› неужели и дальше надо быть слепым орудием в руках слепой природы?» (12 марта 1944).

«Единственная „мистика“ жизни – таинственная эволюция, в которой приходится играть роль кирпича, укладываемого чужими руками» «„Сознание“ – орудие производства, вовсе не для меня предназначенное, а только меня использующее ‹…› неужели и дальше надо быть слепым орудием в руках слепой природы?»

«Ясно, что „матери природе“ сознание нужно как легкое эволюционное понукательное средство. ‹…› Сделать так, чтобы камень „сознательно“ падал куда надо, а бревно раскалывалось „по доброму желанию“» (30 мая 1943). «…перед взором холод, ужас и безысходность механического мира с утерянной душой» (8 августа 1943). «Сознание с наукой и философией только биологические „приспособления“ наряду с глазами, ушами и прочим» (12 января 1945). «„Развитое сознание“ такой же продукт дарвиновской эволюции, как крылья птиц» (25 апреля 1948).

«Ясно, что „матери природе“ сознание нужно как легкое эволюционное понукательное средство. ‹…› Сделать так, чтобы камень „сознательно“ падал куда надо, а бревно раскалывалось „по доброму желанию“» «…перед взором холод, ужас и безысходность механического мира с утерянной душой» «Сознание с наукой и философией только биологические „приспособления“ наряду с глазами, ушами и прочим» «„Развитое сознание“ такой же продукт дарвиновской эволюции, как крылья птиц»

«Безрадостный материализм» (31 июля 1947)

«Безрадостный материализм» (31 июля 1947)

В записи от 23 декабря 1941 г. Вавилов вспоминает юношеский «воинствующий, восторженный материализм». Само это слово, правда, не входило в активный лексикон молодого Вавилова – во всем массиве дневников 1909–1916 гг. оно встречается лишь дважды (для сравнения, в поздних дневниках – около 70 раз). Начиная с 1940 г. «материализм» занимает прочное место в философских записях: «Развивающийся с каждым месяцем все сильнее „материалистический объективизм“ спасает от последнего отчаяния и самоубийства» (31 декабря 1940). Вавилов называет его «неотвязным материализмом» (19 мая 1944). «Все психическое, сознательное, индивидуальное ‹…› обращено в конце концов на самого же себя, существует только для себя и ровным счетом ничего не меняет в объективном мире» (24 сентября 1941). «Сознание – временная комбинация материи, разрушающаяся, как сны, как облака. Неразрушимая материя и эфемера сознания…» (9 мая 1944). «…материалистическая основа всего ясна совсем и навсегда. Даже говорить и лепетать об этом не хочется» (8 сентября 1946). «Становлюсь материалистом все глубже, все конкретнее» (26 сентября 1948). «Практический, глубоко внедрившийся материализм в каждой мысли» (5 декабря 1948).