Или целую ночь мы снимали объяснение в любви Филби и Руфины. Разъезжали до остервенения по маленькому участку Садового кольца, относительно нетронутого лужковскими башенками и прочими новациями. Суворова пристегивали к переднему сиденью старенькой «Волги» с оленем на капоте, и он творил, меняя ракурсы. Вокруг нас постепенно скапливалось незваное сопровождение: любопытные водители, откуда их столько глубокой ночью взялось, искренне заинтересовались происходящим. Мы были просто без сил. Отдали работе всё. А в фильме проскочил даже не эпизод, кадрик этого титанического мартышкиного труда.

Мне сложно было справиться с тем, что актеры вокруг меня постоянно менялись. Эпизод за эпизодом, я — оставался, они — уходили. Это иногда ставило в тупик. То с одной снимаешься, то приходит кто-то другой. И все время смена одеяний. За нами ездила машина-гардеробная. Хорошо, Руфина Ивановна раньше рассказывала, что Ким хоть и носил шляпу члена «Кембриджской пятерки» Бёрджесса, но она ему не шла, раздражала. А меня вообще почему-то выбивала из колеи. В отличие от теплого свитера Кима из толстой шерсти, единственным недостатком которого было то, что носить его при сорока с лишним градусах было жарковато.

Как мне платили? Этот вопрос всегда возникает у любопытных. Скажу так: работал совсем, ну абсолютно не за деньги, а сначала из чистой любви к своему герою Киму Филби. А потом тронули и азарт режиссера, и забота съемочной группы. Поняв, что горячая пицца, которую днем и ночью нам исправно доставляли мотоциклисты, не моя еда, линейный продюсер Даша, ей бы сниматься в Голливуде, закупала для меня котлетки, разогревавшиеся каким-то непонятным образом. Благодарили, хвалили, не орали. Странно — не ругали, чего я, сам знаю, заслуживал. Чувства? Счастлив. Как бы то ни было — сыграл. Фильм вышел. Как мог, отдал дань уважения моему герою — сначала книги, а теперь и фильма. Познакомился с кино не как чистоплюй-сценарист, а совсем в другом качестве, которое, понимаю, никак нельзя назвать актерским.

Фильм Снигиревой получил две премии. Не «Оскара», однако достойных. И главное, высокий зрительский рейтинг. Особенно важным с точки зрения создателей, не моей, было то, что вторую серию смотрело гораздо больше людей, чем первую. Обычно случается наоборот.

А мне открылось неизведанное. Так вот оно какое, это искусство кино, полное творчества и пропахшее актерским потом.

Между тем

О том, почему на роль Филби был выбран именно автор этой книги, обозревателю «Российской газеты» Сусанне Альпериной поведала режиссер Людмила Снигирева. А я-то об этом и не знал.