Что ж, если это правда, у него намечается крупное дело — когда пройдёт, когда кончится этот день Рагнарёка.

Но сперва он должен вытащить Сильвию. Что она в беде — Хаген не сомневался.

Барра мчался всё быстрее и быстрее, однако в магическом звере словно бы начинала нарастать неуверенность. Не замедляясь, он мотал из стороны в сторону массивной головой, то и дело взмявкивал и сидевший за пазухой у Райны чёрный кот.

Что-то было не так, очень сильно не так.

И очень скоро Хаген решил, что понимает, что именно — кто-то упорно шёл по их следу, причём нагоняя.

Ловчая команда Орла и Дракона? Вряд ли, зачем этим всесильным тут сущностям прибегать к подобному?

Но встретилась же им на пути сама Смерть?

— Валькирия! — прорычал тан. — У нас за плечами погоня. Что говорит тебе твой зверь? Пытаться уйти или остановиться и сразиться?

Райна обернулась, брови её сошлись.

— Тигр тревожится, очень, — кивнула воительница. — Но драться… оставим это на момент, если и впрямь догонят. Засаду тут всё равно нигде не устроишь.

И верно — в сером мареве, на ровном, как тарелка, сером же поле всё равно, где остановиться и где принять бой.

— Верно. Гони, валькирия!

Но белый тигр, хоть и магическое существо, явно начинал уставать. А погоня подтягивалась всё ближе, Хаген затылком чувствовал холодный ищущий взгляд, тоже явно магический. Как им это удается?.. Что у них за скакуны?..

— Далеко ещё? — вырвалось у тана, однако он сам тотчас и устыдился своего вопроса. Какое там «далеко»! Тут никто не ответит, разве что сам Дракон.

И тут Барра вдруг остановился. Обернулся, глухо зарычал, обнажая внушительные клыки.

— Догнали, — выдохнула Райна. Спрыгнула, поспешно обнажая альвийский меч. Расколотый Гулльвейг щит так и остался там, в сотворённой Великими Духами реальности. Чёрный кот проворно спрыгнул наземь, встал рядом с тигром, грозно распушил хвост — дескать, не смотри, что я мелок, я им всем покажу!..

Хаген встал рядом с валькирией, Голубой Меч уже в руке.

Они ждали в тишине, но, по счастью, ждать пришлось недолго.

Мгла раздвинулась, из неё появилось восемь фигур.

Немолодой маг в дорожном одеянии, опиравшийся на длинный посох; высокий плечистый парень с наголо обритой головой, в тёмных доспехах, за спиной — внушительная секира, правда, куда легче той, что при тане; тонкая светловолосая девушка-магичка с коротким жезлом — кажется, так было принято у чародеев Северного Хьёрварда; эльфийка в травянисто-зелёном, с длинным луком за плечами; ещё один — по виду как будто бы эльф со странным серым клинком в руке; рядом с ним смуглая девушка в странном, ярко-нарядном: алое и белое, переливающиеся шёлковые шаровары, белая блуза, поверх неё — красная безрукавка с золотым шитьём; и, наконец, стройный воин в светлой кованой броне с царственным змеем-василиском на груди. Он держал за руку восьмого — низкорослого гнома с двуствольным бронзовым огнебросом.