Дервишеские школы, независимо от того, существуют ли они в виде монастырей или в виде встреч, проводимых где-нибудь в кафе в Западной Европе, существенно важны для суфизма, потому что только в условиях школы такие материалы, как труд Ниффари, можно изучить и пережить с учетом характерных особенностей ученика и потребностей социального климата, в условиях которого он работает.

Суфийское развитие поэтому должно определенным образом укорениться в условиях различных сообществ. Его нельзя импортировать. Соответственно, методы, подходящие для Египта десятого века или йогической Индии, совершенно невозможно эффективно применять на Западе. Они могут натурализоваться, но своим собственным путем. Соблазны красочного Востока и его тайн веками скрывали от западного ума тот факт, что целью является развитие человека, а не внешняя атрибутика.

Искатель Знания

Искатель Знания

Однажды, когда я сидел в кругу суфийского учителя в северной Индии, к нам привели молодого иностранца. Поцеловав руку шейха, он стал говорить и рассказал, что в течение трех с половиной лет, живя попеременно в Германии, Франции и Англии, изучал по книгам различные религии, мистицизм и оккультизм. Он присоединялся то к одному сообществу, то к другому в поисках того, что могло бы вывести его на правильный путь. Формальная религия не находила в нем отклика. Собрав все деньги, которые только были в его распоряжении, он отправился на Восток и пропутешествовал от Каира до Александрии, и от Дамаска до Тегерана, посетив при этом Афганистан, Индию и Пакистан. Молодой человек побывал также в Бирме, на Цейлоне и в Малайе. Во всех этих странах он разговаривал с духовными и религиозными учителями, ведя подробные записи своих бесед.

Он, несомненно, проделал огромный путь, в прямом и переносном смысле, и теперь хотел присоединиться к этому шейху, чтобы заняться чем-то практическим, концентрироваться на идеях, совершенствовать себя. По всему было видно, что человек этот был более чем готов подчиниться дисциплине дервишеского ордена.

Шейх спросил его, почему он отверг все те учения. Молодой человек ответил, что на то были самые разнообразные причины, почти в каждом конкретном случае свои собственные. «Назовите мне некоторые из них», – попросил учитель Великие религии, как сказал молодой человек, не казались ему достаточно глубокими. В центре их внимания находились догмы, догмы должны были быть приняты прежде всего. Дзен в том виде, в котором он столкнулся с ним на Западе, был оторван от реальности. Йога требовала суровой дисциплины, что, возможно, являлось «просто ее коньком». Культы, группировавшиеся вокруг личности того или иного человека, основывались на концентрации на этом человеке. Он не мог согласиться с тем, что церемонии, символы и то, что он называл имитацией духовных истин, связаны с истинной реальностью.